Потом и кровью: социофобия.
ое мышление. По мне, так это слишком уж мягко сказано, потому как это самое пресловутое "неправильное мышление" оказывает непосредственное влияние на работу всех органов организма социофоба, начиная от сердца и заканчивая мочевым пузырём. И вообще, исходя из личного опыта, социофобия – самая что ни на есть тяжёлая болезнь, которая со временем прогрессирует, тем самым уничтожая в пух и прах организм своего носителя. За все годы своего существования Автор в этом убедился на 100%. На мой взгляд, мне досталась самая лютая форма социофобии, поскольку довольно сложно себе представить, что может быть ещё хуже. В конечном счёте болезнь получилось полностью подавить благодаря помощи психотерапевта, а также моей настойчивости и недюжинному физическому здоровью, имеющему невероятный запас прочности. Если бы не всё это, то Автора сия повествования уже бы давным-давно благополучно проводили в последний путь.
Безусловно, все социофобы разные. Например, кому-то действительно нравиться работать дистанционно и невылазно находится дома. Для меня же отбывать добровольное пожизненное заключение в четырёх стенах – перспектива чрезвычайно сомнительная и крайне нежелательная. В общем, социофобию мне удалось победить лишь к 35 годам. По сути, я начал жить только в 35 лет, ибо то, что было ранее, трудно назвать жизнью. Скорее этот промежуток времени больше походил на изрядно затянувшийся приступ сильнейшего психоэмоционального напряжения, побуждаемый многочисленными социальными страхами. Полному подавлению болезни предшествовала огромная куча совершённых ошибок. Некоторые из них чуть не стоили мне жизни.
Кратко выражаясь, данная книга – реальная история излечения моей социофобии, представляющая собой практически чистый концентрат событий, по возможности лишённый воды, мыла, соплей и других балластных литературных ингредиентов (не потому что я их презираю, а потому что лишён таланта такое писать). Не исключено, что некоторые эпизоды читателю могут показаться отвратительными, мерзкими или шокирующими. Но если уж рассказывать историю, то непременно подлинную.
Глава первая. Краткий экскурс в проблему
Меня с самого детства тянуло к общению с людьми, но как только рядом появлялся какой-нибудь человек, откуда ни возьмись возникало неприятное нервное напряжение, голова тяжелела, сердцебиение ускорялось, я очень быстро уставал и становился крайне раздражительным. Нахождение в толпе было равносильно разгрузке вагонов. При беседе с девушкой напряжение и вовсе достигало таких невероятных значений, что возникало ощущение, будто бы черепная коробка просто-напросто не выдержит и взорвётся, разлетевшись на множество мелких кусочков. К тому же в такие моменты я излишне концентрировался на самом себе: начинал ощущать каждый удар своего сердца; пытался полностью контролировать мимику, голос и движения. И так было всегда, сколько я себя помню. Болезнь с каждым годом лишь крепла и становилась сильнее. К слову сказать, даже мои родители вызывали у меня напряжение, хоть и слабо ощутимое. После нахождения в социуме мне хотелось как можно скорее уединиться, дабы никого не видеть и не слышать. Тем не менее, в любом обществе и в любых жизненных ситуациях, будь то в школе, институте или на работе, Автор неизменно старался держаться уверенно и постоять за себя (не только словесно, но и физически). Данные психические перенапряжения моему здоровью стоили очень дорого, ибо впоследствии меня настигали мощнейшие абстинентные синдромы (отходняки). Порой отходняки были настолько сильными, что казалось, до следующего дня я просто не доживу. Вдобавок ко всему прочему эти абстинентные синдромы сопровождались обострением обсессивно-компульсивного расстройства: раз десять мог проверить выключенную электроплиту или закрытую дверь.
Для успокоения души и повышения уверенности в себе пробовал заниматься спортом, но безуспешно: никаких результатов я не добился, зато вместо них регулярно получал абстинентные синдромы. В сущности, физические нагрузки – это ведь тоже стресс для организма, а с адаптацией к нему у меня дела обстояли паршиво, поэтому и результатов не было (вернее были, но скорее отрицательные). Скажу больше, в одно время я даже делал себе инъекции анаболических стероидов. Хотите верьте, хотите нет, но мои спортивные показатели от этого только ухудшились. Да и психика тоже пострадала, несмотря на то, что всё выполнялось как положено с применением антиэстрогенов на ПКТ. Не организм, а парадокс какой-то!
Вполне естественно, что при таких обстоятельствах сексуальные контакты с противоположным полом напрочь отсутствовали, поскольку секс – это лютейшая встряска для нервной системы. А посему о данном мероприятии не могло быть и речи, так как существовала высокая вероятность ненароком склеить ласты. У меня, конечно, сердце – зверь, но не настолько! Порой девушки сами подходили ко мне знакомиться, но, по понятным причинам, приходилось их культурно отшивать. Несомненно, мне хотелось с ними интимной близости, ещё как хотелось! А что тут поделаешь? Как говорится, и хочется и колется. Поэтому мой "нефритовый стержень" так и продолжал оставаться на сугубо ручном управлении.
Большую часть жизни я просуществовал под лозунгом "Клин клином вышибают" и, как выяснилось в дальнейшем, напрасно. Именно поэтому в студенческие годы Автор решил жить в общежитии, а не на