Финансовый «вирус» против китайского дракона. Хроники экономической пандемии Поднебесной 2016–2020. Валентин Катасонов

Финансовый «вирус» против китайского дракона. Хроники экономической пандемии Поднебесной 2016–2020 - Валентин Катасонов


Скачать книгу
сь дополнительные искажения в реальную картину вносят статистические службы страны. Известна шутка: «Существуют три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика» (авторство приписывают британскому премьер-министру Бенджамину Дизраэли). Сегодня эту шутку усовершенствовали, добавив китайскую статистику как четвертый и высший вид лжи. Конечно, китайская статистика приукрашивает реальное состояние национальной экономики, а также прикрывает некоторые геополитические и геоэкономические планы Пекина. Вокруг темы китайской экономики среди экспертов идут постоянные споры. Но они не ограничиваются выяснением только количественных параметров экономики Китая. На первое место выходят дискуссии, касающиеся ее качественных параметров. Китаеведы и политики, экономисты и историки пытаются понять, какова социально-экономическая модель сегодняшнего Китая.

      Партийно-государственные руководители страны на протяжении нескольких десятилетий (еще со времен Мао Цзэдуна) говорят, что они строят «социализм с китайской спецификой». Может быть, во времена Мао это действительно был социализм, ибо все предприятия и иные хозяйственные организации страны находились в общественной (государственной) собственности, социально-экономическая поляризация общества не допускалась, пресекались нетрудовые доходы, существовало централизованное управление экономикой, прибыль не была целью и ориентиром деятельности предприятий и т. п.

      Но в 80-е годы прошлого столетия начался разворот курса Китая как во внутренней, так и внешней политике. В том числе и в первую очередь – в политике экономической. Был взят курс на экономическую либерализацию внутри страны. Под флагом развития «рыночных отношений» партия стала проводить приватизацию государственной собственности. Приватизация в Поднебесной сильно отличалась от приватизации 90-х годов в России. Она имела ярко выраженную «китайскую специфику»: партийное руководство без особого афиширования раздавало предприятия и другие государственные активы в «доверительное управление» наиболее «преданным» и «достойным» членам партии. А те из «управляющих» незаметно превращались в капиталистов. Началась либерализация внешнеэкономических связей, хозяйство Китая стало приобретать ярко выраженную экспортную ориентацию (внутренний рынок оказался на втором плане). Национальная денежная единица юань стала выходить за пределы Китая, была поставлена задача интернационализации юаня. Центробанк Китая (Народный банк Китая) стал наращивать международные резервы, которые состояли преимущественно из долларов США, а также ряда других резервных валют. Т. е. по факту стал кредитовать «классовых врагов» социализма – Запад. Внутри страны создавались биржи – сначала товарные, а потом и фондовые. Получение спекулятивной прибыли отныне уже не считалось зазорным. Китайские банки и компании нефинансового сектора экономики стали активно размещать свои бумаги как на внутренних фондовых площадках, так и на ведущих фондовых биржах мира. Главным целевым показателем деятельности банков и компаний стала прибыль. В стране как грибы после дождя стали появляться миллионеры – сначала юаневые, а потом и долларовые. С 2010 года, по оценкам экспертов Credit Suisse, опубликованным в октябре 2019 года, число миллионеров в КНР выросло в 117 раз. Многие китайские миллионеры стали превращаться в миллиардеров. На сегодняшний день Китай по числу долларовых миллиардеров уступает лишь Соединенным Штатам. Впрочем, учитывая «непрозрачность» китайского общества (особенно его верхов), не исключаю, что фактически по числу миллиардеров Поднебесная могла уже превзойти Америку.

      На протяжении примерно четверти века все в мире говорили о китайском «экономическом чуде». Темпы экономического роста в отдельные годы превышали 10 процентов. И даже в 2019 году прирост ВВП, если верить китайской статистике, был выше 6 процентов. Китайскому руководству постоянные разговоры об «экономическом чуде» были на руку, т. к. они позволяли уклоняться от ответа на вопрос, что за социализм строится в Поднебесной. Он не похож ни на советский, ни на шведский (был такой в прошлом веке), ни на югославский. Видимо, к китайскому руководству эпохи «экономического чуда» применима формула: «Победителей не судят».

      Вместе с тем факты, касающиеся экономики, и тенденции развития Китая в XXI веке не очень вяжутся с тезисом о «социализме с китайской спецификой». Налицо сложившаяся социально-экономическая модель государственного капитализма (или даже государственно-партийного). В текущем десятилетии этот китайский государственный капитализм все более настойчиво и громко заявляет о себе на мировой арене. Пекин проводит политику по установлению экономического контроля над другими странами. Эта политика вполне вписывается в понятие «империализма», описанного в работе В. И. Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916 г.). Сегодня мы наблюдаем совершенно иную расстановку ведущих стран в мировой экономике по сравнению с началом ХХ века. Происходит зарождение и обострение межимпериалистических противоречий, крайними полюсами которых являются США и Китай. Мы помним, что борьба империализмов (британского, французского, германского, американского и японского) более ста лет назад завершилась Первой мировой войной. Обострение американо-китайских межимпериалистических противоречий также грозит завершиться большим кровопролитием. Российское


Скачать книгу