Музыка души. Премия им. А. А. Блока. Ирина Антонова

Музыка души. Премия им. А. А. Блока - Ирина Антонова


Скачать книгу

      Возрастной ценз 16+

      Печать осуществляется по требованию

      Шрифт Old Fashioned

      ISBN 978-5-7949-0783-4

      Литературная Республика

      Издательство Московской городской организации

      Союза писателей России

      121069, Москва, ул. Б. Никитская, 50А/5, 2-ой этаж, каб. 4

      В данной серии издаются книги номинантов

      (участников) конкурса им. А.А. Блока,

      проводимого Московской городской организацией

      Союза писателей России

      Электронная почта: [email protected]

      © Ирина Антонова, 2020

      ISBN 978-5-7949-0783-4

      Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

      ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

      МУЗЫКА ДУШИ

      Говорят, о чём бы писатель ни писал, он пишет свою биографию. Это в полной мере относится к Ирине Антоновой, с творчеством которой я знаком много лет. Поэт, если он настоящий, открыт, откровенен с читателем. Такой предстаёт её книга «Музыка души», где боль откровения зрима, и в зрелых стихах поэтессы – и память, и нынешний день.

      Начальный раздел «Из Тарусской тетради» задаёт тон всей книге. Знакомый с её статьёй «Моя Таруса», напомнившей мастерство Паустовского, я ждал появления пронзительных нот тоски по утраченным ценностям. И не ошибся: буквально все стихи цикла, пронизанные печалью потери культурных начал и традиций цветаевской Тарусы, исполнены высокого поэтического мастерства. Они останавливают внимание читателя и побуждают перечитывать каждое. А это – свидетельство редкого таланта.

      Изумительны по красоте и очарованию поэзии два первые цикла целиком («Из Тарусской тетради» и «Стихи о Москве»), где каждое стихотворение могло быть отнесено к шедеврам этого жанра. «Счастливый день» и «Художник», «Танец» и «Ночной разговор» – названия можно продолжить, перечисляя подряд. Стихи песенны. Читая их, сожалеешь, что не стало плеяды композиторов – мастеров советской массовой песни.

      Я слушала ночью, как ветер стучал,

      И сад отвечал в перерывах,

      И вешнего сада любовь и печаль

      В душе отзывалась надрывом.

      И старыми липами ветер шумел,

      Им дождь выговаривал нежно.

      Был нежности этой неведом предел

      И веры в деревья безбрежной.

      («Ночной разговор»).

      Цветаевский дух, её тень, её образ зримо оживают в стихах «Там, где стоял твой дом», «Облупленная стена» и др. Вот краткое, в два четверостишия, впечатление от цветаевских мест:

      Облупленная стена

      И дикий шиповник алый.

      Мне чудится: здесь она

      Недавно ещё ступала.

      Хотелось ей унестись

      И облаком встать над рощей,

      Где ветер рябины кисть

      В небесной реке полощет.

      («Облупленная стена»).

      А сколько музыки, сколько метафор в другом цикле – «Стихи о Москве»! В одной найденной строчке – вся юность, весь пласт воспоминаний о Нескучном саде:

      Роман не в письмах, а в прогулках.

      Или схваченный кадр:

      Под чёрным и влажным откосом

      Сплетённые корни дерев.

      («Из окна поезда»).

      Цикл «Наследница Победы» другой. Здесь бОльшая конкретизация событий, случаев давней жизни с бедным, нелёгким детством послевоенной поры. Краски и музыка слов и образов двух первых циклов не гаснут, но пропускают вперёд психологизм переживаний, драматическую, а то и трагическую память. Близкое моему поколению время, когда «Ещё товаров не хватает, / Лишь что-то выкинут – лови» в стихотворении «Маме», где «свет от маминой улыбки / И женских лет её зенит». Тончайший психологизм чувств в стихотворении «Туманное солнце заходит…», когда за мамой заходит «знакомый её аспирант». Они собираются на балет, и маме не до того, и дочка её лет пяти лишь путается под ногами…

      В цикле «И жизни всесильная жажда» возврат к ностальгии Тарусы обретает новые черты. Он более обобщён, философичен. Отдельные одна-две строки охватывают жизнь в целом:

      Описать судьбу мою несложно,

      В ней так много музыки и боли…

      Жизнь скользит из рук, как хвост жар-птицы,

      Обращаясь в свет непостижимый.

      («Задыхаясь, глохну от простора»).

      Здесь ранний роман, в конце школьных лет, в ЦПКО, когда «Нам встречаться не положено, / Но запретный сладок плод», и, охватывающие этап жизни общества стихи с ёмкой характеристикой времени:

      Отщепенцы брежневской державы,

      Вечные студенты,


Скачать книгу