Бездна для героя. Октавия Колотилина
свежего солёного воздуха.
Инга исподволь разглядывала своего мускулистого земляка: помимо длинной духовой трубки с металлическим наконечником, которую она приняла за копьё, у набедренной повязки висели расписные ножны, их закрученный узор изображал дракона. Голову дикаря украшал ободок с перьями и маленькой черепушкой, через плечо был перекинут меховой плащ с модным леопардовым принтом.
Едва догнав Доктора, Инга шёпотом спросила:
– Этот парень… Он точно с Земли?
– Да. Северный Калимантан, судя по наряду – охотник из даяков. Век, похоже, шестнадцатый, но точно не скажу – у них за три тысячи лет почти ничего не меняется. Что там за татуировки? А, Древо Мира, пронзающее три слоя – небесный, срединный и водный. Племя кайян.
Незаметно оказавшийся рядом охотник склонил голову:
– Ты мудр. Моё имя – Расни Красный Кот. Не бойтесь меня, я не сражаюсь с женщинами и стариками.
Меранавана-да фыркнула:
– Вот уж испугались – раскрашенного мальчишку в перьях! Ты мне по плечо, тебе лет-то сколько?
– Десять. Но я уже принёс свежий череп врага в родной дом, так что я – мужчина!
Его трубку вырвали из рук и запихали за ремень на спине. На лице Доктора было такое брезгливое выражение, словно ему навозная муха в супе попалась:
– Спрячь это, чтобы я не видел.
Туземец застыл с открытым ртом, но возражать не стал. По его словам, седых людей у даяков уважали даже больше, чем шаманов – ведь редкий шаман доживёт до тридцати.
Для десятилетнего у Расни слишком уж развитая мускулатура. Но Инга никогда не видела вблизи дикарей – наверное, у них это норма.
«Зубы» больше не преследовали беглецов: прямой коридор сзади оставался пустым.
Вслед за остальными Инга вылетела на мокрый песок. Глаза резало солнце, освещение казалось каким-то неестественным – слишком жёлтым, что ли, как в киностудии. И небо вроде – с зелёным оттенком?
Откуда они вышли? Сзади возвышалась скала, зияла арка тёмного грота. В пещеру над ним проскальзывали огромные чайки и подвешивались к потолку, как летучие мыши.
Вряд ли это – Земля. Ох, ну и попала. Как же вернуться? Назначат ли Алексею правильное лечение, переведут ли в онкологию? И бедная мама, ей ведь нельзя переживать…
Розовые волны, словно подкрашенные марганцовкой, накатывали в паре шагов. По берегу прыгали треугольные то ли рыбы, то ли лягушки размером с кошку, причём большая часть тела животных состояла из головы, а сзади хвостом были сложены длинные, как перья, чешуйки.
Проморгавшись, Инга сказала:
– Море красного цвета, небо не такое – мы что, в другом мире?
Ей откликнулась Шелли, тоже вовсю вертевшая головой:
– Нормальный цвет для моря. Но посмотри на эти пустынные скалы, ни кустика, ни травинки! Вокруг нашего портового города столько зелени…
«Нормальный цвет»? Получается – для неё волны, похожие на морс, в порядке вещей?..
– О, тут я ещё не бывал! – обрадовался Доктор. Он опустился на колени, взял горсть белого песка, понюхал, – и принялся рыть, как пёс.
Инга нервно хмыкнула:
– Эй,