Брат лучшей подруги. Ненавижу и люблю. Эльвира Смелик
почему-то упёрто считают, что упрёки и обесценивание мотивирует сильнее, чем поддержка.
– Ты можешь не пить, – перебила я его. – Никто же не заставляет.
– А ты?
Я хорошо поняла, что он имел в виду, но нарочно прикинулась, что не въезжаю, поинтересовалась с вызовом:
– Когда это я заставляла?
– Я не про это, – пояснил Дэн назидательно. – А про то, что тебе тоже лучше не пить.
Это почему же? Он всё-таки считал, что при виде выпивки я потеряю контроль и нажрусь, как последний алкаш? Я так и хотела спросить, но за меня опять ответила Кристина:
– Ой, Лазутин, да расслабься уже. – И добавила с расстановкой и ничуть не менее назидательно: – Это всего лишь шампанское.
А потом подхватила нас с Оксаной под руки и потянула к концу стола, туда, где уже собралась часть наших одноклассников во главе с Лёвой и Максом Кузнецовым.
Дэн остался, не пошёл с нами. Уж не знаю, что он хотел этим сказать. Надеялся, что я устыжусь, передумаю и вернусь к нему? Ну не считал же на самом деле великим злом и преступлением выпитый бокал шампанского.
Кристина оглянулась на него, фыркнула, вывела с осуждением:
– И чего он с нашим классом отирается? Шёл бы к своим «бэшкам». У нас тут мероприятие не семейное, а школьное. Последнее! – Повернулась ко мне, выдохнула, многозначительно округлив глаза и мелко замотав головой: – Ксюх, я вообще не представляю, как ты его вывозишь? Почти два года! Я бы давно сбежала. Да у меня бабушка менее правильная, чем твой Лазутин.
Да я сама не понимала, что случилось. Раньше Дэн вроде бы не был таким занудой. Или я не замечала? Но меня тоже всё сильнее утомляли его вечные придирки и недовольство. До такой степени, что порой хотелось специально сделать то, что выбесило и возмутило бы его ещё больше. Назло. Или в отместку.
В принципе я так и сделала.
Все медляки я танцевала с Дэном, и это даже не обсуждалось. А тут он как раз куда-то отвалил. Скорее всего, в туалет или, может, на улицу, чтобы глотнуть свежего воздуха и охладиться. И как только зазвучала подходящая мелодия, я направилась к Лёве Шарафутдинову.
– Потанцуем?
Он поначалу изумлённо вскинул брови, потом улыбнулся и отказываться не стал. Ещё и не просто аккуратно взял меня за талию, а по-настоящему обнял, а я обвила руками его шею. Я всегда так делала с Дэном.
Мы танцевали и разговаривали, между прочим, на очень приличную и серьёзную тему – о планах на будущее. Наверное, тогда, узнав, что Лёва собирается поступать в Иваново, в пожарно-спасательную академию, я впервые и высказала вслух давно вертевшуюся в голове идею:
– Я бы тоже куда-нибудь в другой город уехала учиться.
– В Москву? – предположил он.
– Можно и в Москву, – согласилась я, хотя на самом деле о ней никогда не задумывалась. – Или, например, в Питер.
– Ну и поезжай, – невозмутимо заключил Лёва.
– Так для начала поступить надо, – разумно заметила я.
– Это да, – философски изрёк он.
Когда Дэн