Шестая загадка. Яир Лапид
что описала себя в прошлом, рассказала, где и при каких обстоятельствах мы встречались – и по этим косвенным признакам я все-таки ее узнал.
– Ты была рыжей.
– Ну наконец-то! А то я уже почти обиделась.
– Правильно, что ты перекрасилась. Рыжим идут темные волосы, потому что у них светлая кожа.
– Странно, что мужчина знает такое.
– Знать странные вещи – моя профессия.
Единственное в помещении окно находилось справа от нее, и мне казалось, что в стекло бьется, пытаясь прорваться внутрь, жара. Агарь смотрела на меня спокойно, затем чуть менее спокойно, а потом по ее правой щеке скатилась слезинка, подтверждая мою догадку, что косметикой она не пользуется.
– Что-то ты протекаешь.
– Прости.
– Ну что с тобой делать? Этот стул – фамильное наследство.
Шутка вышла немного тяжеловесной, но сработала. Не то чтобы она расплылась в улыбке, но, по крайней мере, снова овладела своими лицевыми мышцами.
– Видел бы ты меня полтора года назад. Тогда я была как ржавая лейка.
– Даже это не заставило бы меня изменить мнение.
– Ты не знаешь всех подробностей.
– Я вчера вечером навел справки. Это дело не для меня.
– Разве это не твоя работа?
Я ждал этого вопроса. Подавшись вперед, – чтобы ее уж наверняка затопило волной несокрушимой железной логики Ширмана, – я сказал:
– Это совсем не моя работа. Если бы ты хотела, чтобы я разыскал твоего бойфренда, или твою машину, или украденные у тебя серьги, я мог бы чем-нибудь тебе помочь. Но эта история – не моего масштаба. Легче всего заявить, что полиции на все наплевать, но я знаю этих людей. Им не наплевать, а выбор средств у них такой, что мне и не снилось. У них компьютеры и спутники, криминалистические лаборатории и специально обученные люди. Если они ничего не смогли сделать, я тем более не смогу. Прошло два года. Я даже не представляю себе, с чего начинать поиски твоей дочери, и не готов брать с тебя деньги за то, что не принесет результата.
Я откинулся назад. Капелька пота скатилась у меня по спине. За ней еще одна.
– Она жива, – сказала Агарь.
– А я и не говорил, что нет.
– Не говорил, но подразумевал.
– Я не знаю.
– Я видела ее по телевизору.
Обычно я мало кому позволяю застать меня врасплох. Но на этот раз я удивился. У меня тяжелая нижняя челюсть и нос сломан в двух местах, поэтому в минуты изумления я становлюсь похож на морскую черепаху. Не давая мне опомниться, она порывисто заговорила:
– Месяц назад в торговом центре Лода был пожар. Что-то там закоротило, или еще что. Людей эвакуировали через запасный выход, и это снимало местное телевидение. Оператор стоял рядом с полицейским ограждением, и зрители видели всех, кто выходил из здания. Она была там. Шла вместе с низеньким мужчиной в черной рубашке.
– Ты видела ее лицо?
Я бы предпочел, чтобы этот вопрос задал кто-то другой. Похожий на меня, сидящий в моем кресле, только полоумный. Настолько, что дал любопытству завести себя на территорию, от которой следовало держаться подальше.
– Не