Ровельхейм 3: Право на месть. Анна Ледова
рядом на краю кровати. Парадный камзол небрежно скинут на кресло, сам в полурасстегнутой рубахе…
– Я требую объяснений! – взвизгнула Элмас. Право же, некоторым женщинам лучше вовсе не раскрывать рот, до того они бывают красивы, когда молчат. Да и вроде в Самаконе не принято говорить вперёд мужчин.
– Это насмешка над священным договором и гнусное пренебрежение нашей дружбой, – гораздо более спокойно добавил шах Джемрен. Наверняка уже подсчитывает, что сможет извлечь из ситуации. – Самакона не намерена терпеть…
– Погоди, Джемрен, – это уже император Нердес. – Не делай поспешных выводов. Рон… ты обязан объясниться. Мы ждём.
Ронард бросил на меня последний взгляд, безмолвно вопрошая ещё раз. Я чуть заметно качнула головой. Нет, ваша светлость. Не такой ценой…
Арн Шентия медленно поднялся, обведя взглядом присутствующих.
– У моей ученицы нестабильная магия, – сухо и ровно произнёс он. – Ввиду отсутствия занятий её накопилось слишком много. Вчера выбросу помешало само место встречи, антарин в священной зале блокировал любую магию, что и стало причиной обморока. Арнаи Рен следовало перенести в безопасное место для выплеска, а после я наблюдал за её состоянием. Ровно до того момента, пока здесь не стало слишком много наблюдателей.
– Да что ты несёшь! – взвился Аландес. – Как будто не ясно, что…
– Мэтр Шаро́ль, – бесцеремонно прервал племянника Ронард, высмотрев среди толпы уже знакомого мне целителя.
Народ немного расступился, пропуская вперёд дворцового лекаря, человека во всех отношениях благонадёжного.
– Господа, извините, но это действительно так. Я осматривал госпожу Рен ранее, это воистину поразительный случай! То, какими темпами восстанавливается её магия после почти полной потери, это исключительно… А уж при таких объёмах… Прошу прощения у присутствующих здесь уважаемых магов, но вся ваша сила, вместе взятая, не сравнима с резервом арнаи! И если не использовать её регулярно, то…
– Эти студенты уже знают о возможных последствиях. Правда, Аландес? – холодно спросил Ронард племянника.
Наследник замолчал, кривясь, но внезапно за него ответил Анхельм:
– В прошлый раз в Академии было очень много разрушений… больничное крыло почти полностью… и люди тоже… пострадали. Но Ардина не виновата, это случилось против её воли! – горячо добавил он.
– Допустим, – прищурился Джемрен и обратился к тому же Анхельму, как к невольному адвокату Шентии. – Эту ханим уважаемый брат Нердеса перенёс в место, где она смогла исторгнуть лишнюю силу. Но всю ночь провести с ней наедине? Несмываемый позор для незамужней девушки, уж уважаемому брату императора это известно! Разве ваши лекари так плохи, что не смогли бы справиться?
Видят боги, Анхельм сам не ожидал, что придётся говорить это. Но когда-нибудь я действительно поеду в Корсталию и упаду в ноги его родителям за то, что ставили честность и справедливость в воспитании детей превыше всего.
– В