Вожак. Генри Лайон Олди
насколько мне известно, коллантарий?
– Ну? – голос мужа Юлии звенел от раздражения.
– Ваша жена – тоже коллантарий?
– Это что, преступление?
Вот так всегда, говорил весь вид Лючано Борготты. Стоит куда-нибудь прилететь, и начинается кавардак. Скоро уже по нужде нельзя будет сходить, чтобы из унитаза не грянул окрик: «Стоять! Ноги на ширине плеч!». С трудом удерживаясь от желания надерзить погранцу, Лючано засунул руки в карманы, выпятил грудь – и стал похож на драчливого петуха. Присутствие супруги лишь разжигало в нем боевой пыл.
– Почему вы прилетели на яхте?
– А как мы должны были попасть на Тишри? Пешком прийти, что ли?!
– Вы коллантарии. Вам не нужна яхта. Повторяю вопрос…
– Не надо, я понял. Офицер, коллант – это группа из шести-семи участников. Вдвоем мы с женой, как бы нам ни хотелось, не в состоянии образовать полноценный коллант. А тащить за собой с Китты на Квинтилис, с Квинтилиса на Борго, а потом – с Борго на Тишри еще пятерых человек…
– Ясно. Проходите.
– …у которых полным-полно своих собственных дел и забот…
– Господин Борготта, вы свободны.
– …и которым нет дела до причуд тишрийских сторожей…
– Повторяю: свободны. Вы тоже, госпожа Руф.
Продолжая бурчать, Лючано догнал жену. По мере удаления от ретивого контролера он повышал градус речи: упреки перерастали в оскорбления, а оскорбления – в откровенную брань. Чувствовалось, что сегодня не лучший день в жизни заведующего кафедрой инициирующей невропастии.
Жизнь налаживается, подумал Гай Тумидус, следя за взбешенным Борготтой. Если он не остынет в ближайшие полчаса, я соглашусь, что день прожит не зря. Набрав прямой индекс связи с Юлией, трибун повернулся к бармену:
– Как называется ваше заведение?
– «Золотой ключ».
– Спасибо.
В сфере было хорошо видно, как Юлия кивает. Имплантант за ухом позволял ей слышать диалог Тумидуса с барменом так же ясно, как если бы помпилианка находилась у стойки. Трибун не стал добавлять «Жду здесь!» или что-то в этом роде. Юлия терпеть не могла дополнительные разъяснения, полагая их пустой тратой времени. Хочешь увидеть разъяренную львицу? – начни нудить в беседе с госпожой Руф.
– Накройте столик на четверых, – велел Тумидус. – Там, в углу.
– Сделаете заказ?
– Графинчик водки. Тутовая есть?
– Есть, – бармен ничуть не удивился. – Выдержанную?
– Разумеется. Легкая закуска на ваше усмотрение.
– Кофе?
– Всем, кроме меня. Дальше – по обстоятельствам.
– Кофе?
В последнее время Юлий возненавидел кофе. Еще бы, если твой организм пропитался им насквозь! Работать приходилось сутки напролёт, а от синтетических стимуляторов Юлий отказался наотрез. Сейчас он и без кофеина был на взводе.
– Минеральной воды. Похолодней.
Мамерк фыркнул с осуждением: вопрос предназначался госпоже Зеро, а консультант беспардонно нарушил субординацию.
– И