Хроники Трезура: Возрожденная. Алеся Троицкая
обвиняемого раза в два. Интересно, он что, на стероидах?
– Выбирайте. – Дядечка показал на небольшой стол, на котором лежало несколько видов холодного оружия.
– Трезубец, – произнес Дилен О’Дайн, и понуро опустил голову, наверное, свыкаясь с мыслью о своей скоропостижной смерти. Ведь в его взгляде, кроме обреченности, больше нечего не осталось.
Вот теперь я не смогла молчать:
– Это несправедливо!
Слава обернулся на мой выкрик. Его брови удивленно сошлись на переносице, но буквально на секунду, так как он быстро потерял ко мне и к моим возмущениям всякий интерес.
Но ко мне тут же наклонился Асмодей.
– Что именно, госпожа?
Я молчала недолго и тихо, со злобой в голосе, бросила:
– Все это. Это неправильно… Ну, по крайней мере, нечестно.
– Ну, это не умаляет зрелищности, – с поддевкой изрек мужчина.
«Мне показалось или он меня в чем-то упрекает?!»
– Да кому нужна эта зрелищность?
– Вам.
Я не удержалась и обернулась к нему.
– Очень давно именно вы были организатором подобного судейства. И раньше вас никакие моральные вопросы не интересовали. Что поменялось?
От честности мужчины я опешила.
– Ты уверен, что вправе со мной разговаривать в подобном тоне? Не боишься?
– Нет! – твердо произнес мужчина, но так тихо, что его, кроме меня, никто не услышал. Он выпрямился, убрал свою руку с моего плеча и вновь воззрился на арену, давая понять, что разговор окончен.
От его слов я была в легком замешательстве. Но подумать об этом я не успела, так как дядечка перешёл к четвертому обвиняемому, молодому парню с красивыми карими глазами. Только сейчас, когда я присмотрелась, я узнала в нем адониса, который был в моей комнате в первый день пробуждения и который… хм… мне даже в мыслях было стыдно произнести, что он со мной делал.
– Я же говорил, что порадую тебя.
Я вздрогнула и обернулась к Славе.
– Его убьют?
– Если знать, кто его противник… то да, у него нет шансов.
Предчувствуя наихудший вариант, я тихо спросила:
– И кто?
– Я! – все так же непринужденно ухмыляясь, произнес Славдий, как будто речь шла о погоде. «Какой сегодня день, братик? Самый лучший для убийства невинных! Он так и нашептывает: убей… убей…»
В эту секунду я всецело почувствовала груз ответственности за жизнь незнакомца. Не знаю, почему, но мне показалось, что в том, что он находится там, виновата я.
– Зачем?
– О чем ты?
– Зачем тебе это?
Слава, как бы задумавшись, почесал затылок, и беззаботно пожал плечами:
– А разве для этого нужна причина? – И он хищно улыбнулся. Его глаза застелила пелена кровожадности, непроизвольно заставив мою шею втянуться в плечи.
– Ты не можешь…
– Почему нет, принцесса?
– Потому, что он мой! – Мой довод не убедил даже меня.
– Нет-нет-нет,