Одержимость. Кира Фарди
из-за того, что я вынужден постоянно заниматься ее делами, милое личико журналистки всегда перед глазами. Я понимаю, что она едва держится на ногах, и борюсь с непреодолимым желанием обнять, защитить, заслонить собой от проблем. Но женщины босса для меня табу! Не вижу, не слышу, не жалею!
Однажды ловлю на себе внимательный взгляд Тавади.
– Кирилл, тебе нравится Лиза?
На мгновение теряюсь. Проницательный, сукин сын! Все видит!
– Нет, Арсен Николаевич, – твердо отвечаю ему. – Просто жалко девчонку. Помню, как тяжело мы с мамой переживали, когда отец попал в аварию, – выкручиваюсь я и чувствую, как по позвоночнику ползёт капля пота.
– Ну-ну!
Я делаю каменное лицо. Меня чужие траблы не касаются, со своими бы разобраться. С этого дня стараюсь молча выполнять приказы, не проявлять эмоций.
– Кирилл, сегодня у меня ужин с Лизой, – говорит Тавади через неделю после похорон.
Сердце пропускает один удар, а потом начинает бешено колотиться. Адреналин мощным потоком поступает в кровь. «Что? Когда Лиза согласилась? – мечутся в голове вопросы. – Почему я не в курсе?»
– Я понял, – говорю сипло, внезапно спазмом перехватывает горло. – Закажу место в лучшем ресторане.
– Нет, ты не понял, – его взгляд холодеет. – Меня пригласила на ужин ее мама.
«Вот как?» – я немного сбит с толку. Такой визит больше походит на официальное знакомство с родителями. Хотя… выводы ещё делать рано. Может, всего лишь простая вежливость.
– Ясно.
Однако ужин, кажется, срывается. Тавади вылетает из подъезда с перекошенным лицом. Давно я не видел его таким разъяренным. Он рвёт дверь машины так, что чуть не выдергивает ее из креплений, и шипит:
– Ну, сучка малолетняя! Ты у меня ещё попляшешь!
Я вздрагиваю и поворачиваюсь к боссу.
– Что-то случилось, Арсен Николаевич?
– Кир, звони Чаки!
Чаки? Невольно дергаюсь. Чистильщиков мы вызываем в самых крайних случаях. Получается, Лиза оскорбила Тавади?
– Может быть, ещё подождём?
– Ты будешь со мной спорить? – отрезает он и смотрит на меня глазами дьявола, в которых полыхает адское пламя.
Я молча набираю номер Чаки. Что задумал босс? Неужели что-то плохое сделать девушке? Но почему? Какая-то ничем не мотивированная жестокость. Удовлетворение собственной прихоти любыми путями?
В кабинет меня не пускают: Тавади отправляет по поручению. От неизвестности хочется выть, и впервые появляется мысль установить в офисе босса прослушку. Что за человек Чаки? Кому пришло в голову дать человеку прозвище злобной куклы из фильма ужасов? Ни разу с ним не встречался, и очень похоже, что Арсен не желает нас знакомить. Почему? Бережёт для особо мерзкой работы?
– Кирилл, – окликает меня секретарша босса, Элина, симпатичная блондинка с таким слоем макияжа на лице, что оно больше походит на маску. – Как твоя мама?
– Нормально, – бурчу в ответ и тут же встряхиваюсь: она наверняка знает, как выглядит