Третье. Сборник рассказов. Ando Mitich
себе голову о столик и заодно левую коленку. Сердобольные граждане, из числа пассажиров, накладывают ему марлевые повязки на голову, на ножку и обильно мажут его повреждения зелёнкой. А ему сейчас не до этого. Опять ему надо срочно в сортир.
Опять двумя перстами (символом победы кумира) вызывать приходится рвоту и освобождать желудок от вредного содержимого.
Я задумался. Действительно выглядит символично.
Свобода, курица и рвота. Очень похоже на шок контент в ютубе.
Спрашиваю у соседа:
– Ну, а корова – то на путях, тоже же ведь непросто так в этой истории появилась? Не иначе отечественное мясо – молочное производство здесь замешано? Корова старая была или телёнок – новичок?
– Ааааа. Вот здесь ты и не угадал. Может и коровы никакой не было вовсе! Может она здесь для красного словца. А вот то, что за штурвалом этого локомотива стоял товарищ…
Виктор Олегович начал лихорадочно осматривать стол с его содержимым. Схватил варёное яйцо. Положил. Подхватил кусок чёрного хлеба. Тоже не то. Он подскочил, осматриваясь по сторонам.
– Есть!
Он взял в руки музыкальный треугольник и гордо продемонстрировал его мне:
– Поездом управлял в этот момент – товарищ Треугольников! Он второй день на смене, и устал, как сукин сын. Тащит он за собой эшелон этой политической сволочи.
Тянет, как бурлак он, всякий сброд: и коммунистов, и оппозицию, и беспартийных, и прочую шелупонь. Ему не до плясок на лужке. От него жена ушла позавчера.
Оставила эта сука ему в кастрюле недоваренные бигуди, и в придачу алые бусы на подоконнике. Символизм этого момента, заключается в том, что он просто захотел затормозить. Назло всем. Ааа, забыл! Вот ещё!
Есть брат у него двоюродный.
Товарищ Гвоздёв. Который пилот в Аэрофлоте. Оба брата перевозят людей, только один по рельсам, а второй по воздуху. Один может затормозить, и получить строгий с выговором, а второй не имеет такой возможности.
Ибо если второй затормозить в воздухе, то господин Овальный не сможет уже показывать символ победы двумя пальцами в немецкой клинике.
И, собственно, никто уже не сможет это сделать, ибо либеральная идея в таком случае будет уже не актуальна. А вот с поездом, такая идея вполне может прокатить.
Коленки разбитые, марлевые повязки наложены и на корточках вокруг унитаза вполне может посидеть либеральный гражданин. С него не убудет. А как он будет использовать свои два пальца – это уже его проблемы!
Витя взял в руки яйцо, стукнул острым концом его о край стола и начал задумчиво чистить господина Овального.
Выпили.
Он откусил и передал пол яйца мне.
Затем он отломил половину от гражданина Прямоугольного и остатки также передал мне.
Витя молча достал музыкальный треугольник и гвоздь.
Издал душещипательный звук на две октавы выше, чем в прошлый раз и нота унеслась в бессловесное будущее, и мы каждый задумались о своём.
У