Тайны профессорской тетради. Повести и рассказы. Владимир Жестков
он за столом сидел и перед ним горой лежали деньги, а он занимался тем, что раскладывал их в одному ему ведомом порядке. Заметив секретаршу, он кивнул ей, но при этом поднял палец вверх, что, по-видимому, означало: «Я занят, прошу не беспокоить», – или что-нибудь в этом роде.
Мы стояли, не приближаясь, до тех пор, пока все деньги не оказались сложенными в толстую пачку, с которой начальник отдела и устремился к двери с табличкой «Касса».
– Придётся ещё немного подождать, – извиняющимся тоном проговорила Людмила.
– Тут действительно ничего не поделаешь, – поддакнул ей я.
Время шло, а из кассы не доносилось ни звука. Наконец дверь открылась, и Сергей Иванович вышел оттуда, вытирая пот со лба.
– Сколько лет вот так, почитай, каждый день тысячами государственные деньги сдаю, а привыкнуть никак не могу. Всё мне кажется, что где-нибудь ошибся или, не приведи господи, фальшивую банкноту распознать не сумел.
Наконец он успокоился и только тут понял, кому свою душу изливал:
– Ой, Людмилочка, а я и не разобрался сразу, с кем разговариваю. У вас ко мне вопрос имеется?
Людмила отвела Сергея Ивановича в сторону и тихонько, но в то же время весьма настойчиво начала ему что-то объяснять.
«Наверное, рассказывает, насколько я важная птица, – подумал я. – Как бы это мне боком не вышло».
– Хорошо, хорошо, я всё понял, не волнуйтесь. Всё будет в порядке… – Сергей Иванович стал серьёзным, а Людмила ему снова что-то зашептала.
Наконец они вроде бы договорились, и секретарша пошла к двери, а Сергей Иванович посмотрел мне прямо в глаза. Я не стал отводить свой взгляд и решил, как это в школе между пацанами бывает, попытаться «пересмотреть» его. Так мы и смотрели друг на друга некоторое время, пока это ему не надоело.
– Сразу признаюсь, не люблю я блатных, – неожиданно резко заявил начальник отдела, чем меня, честно скажу, несколько в тупик поставил, – толку от вас мало, а возни много. Но ладно, в деле посмотрим, кто ты там есть. А теперь скажи, каким ты временем располагаешь? Мне надо отчёт за прошлый месяц завершить, жуть как не люблю эту бюрократию: десять форм, и все ни о чём, а на стол им положи к завтрашнему утру – хоть умри. А мне диспетчерская только вчера вечером свои данные дала, без которых я свести концы с концами никак не могу.
Он, наверное, так бы и продолжал жаловаться – накипело, видать, всерьёз, – но я ему не дал такой возможности:
– Сергей Иванович, а может, я вам чем-нибудь помочь могу? Посчитать там что-нибудь или ещё какую работу механическую сделать?
Он на меня с удивлением посмотрел, затем взлохматил на собственном затылке волосы и произнёс:
– Чего? Так просто и хочешь мне помочь?
– Ну, вы же мне должны что-то рассказать или чему-то научить, но будет это только тогда, когда вы освободитесь. Так чего мне без дела сидеть? Лучше уж чем-нибудь займусь – глядишь, мы вдвоём с той работой,