Пути океана: зов глубин. Часть вторая. Алекса Райт
тут ночью отважится или дурак, или совсем заблудшая душа…
Чьи-то ноги застучали каблуками, приближаясь по деревянному причалу.
Селин склонила голову и зажмурилась в надежде, что незнакомец просто оставит ее в покое, не получив ответа.
– Если хочешь предаваться унынию, я знаю место получше. Ну же, идем!
Рука в перчатке потянулась к ней.
– Чай, пятая точка уже к причалу примерзла… Ночи сейчас холодные. В нашем храме есть еда и кое-что из одежды потеплее. Вставай, дружок.
То ли бархатистый голос с отеческой искренней обезоруживающей заботой, то ли собственные стучащие друг о друга зубы заставили Селин повиноваться.
Он помог ей подняться и коротко пожал руку.
– Шагай за мной. Да порезвей! Не испытывай милость Всеведущего… В эдакую-то ночку нам только приключений не хватало…
Де Круа брела за ним, все еще с недоверием вглядываясь в развевающиеся черные полы сутаны незнакомца.
Они прошли пару кварталов, миновав подозрительного стражника, грозную компанию в подпитии у таверны и свернули в тупик, где за коваными воротами, увитыми непролазными зарослями, высилась скромная церквушка с небольшой часовней, напоминающая по архитектуре Храм Всеведущего, какими они были в Вердене.
За высокими деревянными резными дверями открывался вид на залу для проведения молитв и служб, уютно освещенную свечами. Всюду царили спокойствие и простота.
Викарий зажег несколько светильников, и в темноте блеснул символ Ока Провидения – расходящимися лучами солнца внутри кованого треугольника, что был закреплен на алтаре. На душе стало спокойнее.
Селин украдкой взглянула на Доминго из-под шляпы. Мужчина самозабвенно хозяйничал у подвесного лампадария. Лицо его в обрамлении седых волос выражало благодушие с намеком на морщины, которые становились тем глубже, чем теплее он улыбался. В мудрых, но с хитрецой, глазах угадывалась острая умственная проницательность.
– Ну, выкладывай. Что за беда у тебя, малец, раз ты топиться удумал?
Уже через мгновение перед де Круа возникло нехитрое угощение в виде плотного куска хлеба и кружки с вином, но Селин жестом остановила его.
– Я не…
Удивлённый взгляд священнослужителя замер на её лице, но Доминго внезапно галантно улыбнулся и приложил седые усы к её перчатке:
– Миледи… Вот уж сюрприз… Не ожидал… Прошу прощения, возраст даёт о себе знать… Да и с Ново-Верденским марочным пора завязывать… Не признал вас… – собеседник заразительно хохотнул, но сразу же смолк. – Меня зовут викарий Доминго. Хотел представиться днём, но у вас были заботы явно посерьезнее моей скромной персоны. Очень ждал, что и профессор де Фонтенак прибудет с вами. Мы столько лет не виделись…
– Вы хорошо знали его?
– Почему знал? Знаю. Или… Погодите…
Селин вздохнула и посмотрела на каменный пол.
Доминго опустился на лавку и с минуту просто сидел и смотрел перед собой. Селин тихо присела рядом.
– Пусть примет его дух Всеведущего, и да пребудет с ним от веку