Линия Реки. Хан Шторх
дома?!
Я:
– Нет! Он послезавтра зайдёт!
Тётя Марина:
– О Господи! Давление у меня… Высоченное. Задыхаюсь!
Я:
– Давайте врача вызову!
Какой врач… Даже телефона в доме у нас не было.
Тётя Марина:
– Ох… У вас же телефона – то нет…
Я:
– Может лекарства какие – нибудь?!
Тётя Марина:
– Если есть, да и не жалко…
Я:
– Нет, конечно! Скажите какое!
Тётя Марина:
– Без разницы.
Я:
– Сейчас поищу! Давайте помогу до кровати дойти!
Она аккуратно разулась, и я помог ей лечь на кровать. Сам побежал искать в аптечке лекарства. Удалось заметить надпись на упаковке:
«Против гипертензии»
Она сказала: дать ей всего одну. Так и сделал.
Тётя Марина:
– Спасибо, Викентий!
Я:
– Может вам чаю? Или что—нибудь перекусить?
Тётя Марина:
– Было бы неплохо… С самого утра валяюсь на кровати. Совсем невыносимо.
Я пошёл делать чай. А из еды увидел только небольшой контейнер с гречей.
Я:
– Всего один контейнер… Эх… Хрен с ним, найдём с Антоном что поесть.
Я разогрел его и сделал чай. Принёс тёте Марине. Она поела, попила и через минут сорок уже сидела на диване.
Я:
– Ну как состояние?
Тётя Марина:
– Слушай, так легко себя чувствую. Спасибо ещё раз огромное! Папе обязательно передам, какой ты молодец!
Она пошла на выход.
Тётя Марина:
– Спасибо ещё раз! Дай Бог тебе здоровья, сынок! Дай бог…
Она перекрестила меня и вышла. Я попрощался и закрыл дверь. Я задумался…
Я:
– Бог… Я не один…
Я задумался о Боге. Вспомнил: когда мне было четыре года, мама всегда мне говорила, что самый близкий для меня человек – это Бог.
Воспоминание:
Я:
– А где он?
Мама:
– А он смотрит на тебя с неба. Он всегда знает, что с тобой и любит тебя больше всех на этом свете. Когда тебе будет тяжело, и меня не будет рядом, ты обращайся к Богу.
Картинки этих воспоминаний проигрались в моей голове. Я принял для себя решение: завтра пойти в церковь. Религия, конечно, в наше время была уже не тем, чем раньше. Большинство священников служили не Богу, а деньгам. Как и многие люди в общем – то… Но мой огонёк веры вспыхнул прямо внутри души. Мне не нужны были ни деньги, ни люди. Я хотел просто пойти и поговорить с Богом. О своей жизни. Вечером пришёл Антоша. Я рассказал ему об этом, предложил пойти со мной, но он дал отказ. Он сказал, что пойдёт в ларёк и свистнет оттуда большой мешок пельменей. Потому что кушать нечего. Ну и наступил следующий день. Вы не представляете, как мне было стыдно идти туда в рваных кроссовках и грязных штанах. Хоть голый готов был идти. Но я подумал, что я иду туда для души, а не для материального. В общем, пошёл как есть. Прямо в десять утра. У входа в церковь перекрестился