Авитар. Ранец Инос
там и жил. После смерти матери меня определили в местный детдом. Тут, недалеко. Там как бы смешанная система была: половина здания детдом – то есть сироты, кто без родителей, от кого отказались, а другая половина – это интернат для местных, там местные учились и жили в течении пяти дней, а на выходные отправлялись домой. Потом ПТУ. Затем армия. После армии пытался устроиться по специальности. Помотало меня по нашей необъятной стране. Насмотрелся всякого. Денег так и не заработал. Недвижимости не приобрёл. Машину было купил, но потом пришлось продать.
Я подбросил несколько поленьев в огонь.
– Ну вот как-то так, если вкратце.
– А сюда-то зачем вернулся? Потянуло в детские места?
– Да, наверно именно так. Устал я шарахаться. Везде одно и то же – бардак. А здесь – всё-таки лучшие воспоминания в моей жизни, они отсюда. Хотя в детдоме всяко бывало, и с местными конфликты были… Но как-то, знаешь, всё плохое из детства забылось, ну или почти забылось. В детстве всё воспринималось попроще и забывалось быстрее… Да… Сейчас уже всё сложнее воспринимается… Да и куда мне было ещё податься, единственный человек в этом мире, которому я могу доверять, у кого могу помощи попросить, он здесь живёт. Приятель мой, Серёга, друг детства.
– И он тебе как-то помог?
– А как же! Первое время, когда я сюда приехал, я несколько дней у него жил. Пока не набрёл вот на этот бывший дом лесника. Кое-что отремонтировал, обустроил, и вот – теперь живу здесь!
– А Серёга тебя что – выгнал?
– Нет! Зачем сразу выгнал? Я сам ушёл. Понимаешь, у него семья там, жена, дети. Чего я там буду мешаться? Ну мне неудобно, неловко как-то. Представь – в твоём доме живёт чужой человек. Пусть он и знакомый, и друг детства, и не уголовник, не бухает – но он всё равно чужой! Пожил несколько дней – пора и честь знать.
– То есть дома своего у тебя нет? Чтоб юридически оформленный и прочее…
– Нет. Откуда?
– Давай-ка выпьем!
– Давай. – согласился я.
После распития и закусона, он опять спросил.
– Получается, в этом бывшем доме лесника ты на птичьих правах?
– Ну да.
– И любой придурок может тебя в любой момент оттуда турнуть пинком под зад?
– В общем-то да, получается что так.
– А живёшь ты тут на что?
Я достал сигарету и прикурил. Мне никогда не нравилось "рассказывать о себе" чужим людям. Хоть я и спас ему жизнь, и вроде бы мы с ним бухаем вместе сейчас, и потому уже не совсем чужие, но всё равно – не так уж и близко знакомы.
– Слушай, Лёха, ты чего-то разошёлся с распросами, тебе не кажется? Я вот тебя не спрашиваю – кто ты, откуда, зачем приехал?
Я сидел на пеньке, а Лёха возлежал на пучке соломы, спиной прислонившись к поваленному дереву. После моего вопроса, он ухмыльнулся, поднялся и присел на бревно.
– Угости сигареткой пожалуйста.
Я дал ему сигарету. Он достал из костра палку, прикурил от её огненного конца и бросил обратно в огонь. Затянулся.
– Я бросил. Три года уже. Но иногда, так – в охоточкуу, балуюсь. Под водочку, под шашлычок…