Государи Московские. Ветер времени. Отречение. Дмитрий Балашов

Государи Московские. Ветер времени. Отречение - Дмитрий Балашов


Скачать книгу
Василь Протасьичу!

      – Помер! – кратко ответил Никита, осенив себя крестным знамением. У мужика глаза полезли из орбит, стала отваливать челюсть.

      – Ты что, откуда? – решительно взял на себя Никита боярскую трудноту. – Я старшой, Федоров Никита, знашь, поди?

      – Дак… Василь Василича…

      – Счас побегу! Позырь, раззява! Говори, ну!

      – Лопасня…

      – Чево?!

      – Лопасня, рязане… Олег захватил изгоном Лопасню и наших…

      – Ты! – Никита вздынул кулаки, оглянул по сторонам. – Молчи, тише! – прошипел, стаскивая с коня. – Грамота где?! – Вспомнив, что воеводою в Лопасне сидел тесть Василь Василича, деловито, негромко уточнил: – От Михайлы Лексаныча грамота?

      Гонец помотал головою потерянно, возразил:

      – Без грамоты я… Михайло Ляксаныч…

      – Ну?!

      – Захвачен рязанами…

      Никита затейливо и длинно выругался неведомо в чей огород: то ли раззяв-воевод, сдавших Лопасню Олегу, то ли самого боярина Михаила Александровича, то ли князя Олега, – и только тут домекнув, встрепанно воззрился на измотанного гонца. Михайло Лексаныч, тесть Василья Василича, в плену у рязанцев! Стало, теперь Хвосту радость горняя, а Вельяминовым остуда от нового князя, а… она? Ей-то Михал Алексаныч дядя родной, она ж двоюродна… Додумывал, лихорадочно соображая: «Дак тут такое начнется!» И – жаром овеяло, и уже знал, что делать теперь.

      Протиснулся назад, в терем, волоча за собою гонца. Опять туда, к ложу смерти, к церковному пению, но уже – живой и о жизни. Пихнув гонца: «Пожди!» – решительно вступил в жоночий покой:

      – Госпожа! Выдь на час малый!

      Тень улыбки осветила дорогое лицо. Выписная бровь поднята удивленно. С чем другим, с малою заботою какою – дак уже взором этим отодвинула бы посторонь. Но покорилась и вышла и царственно повела шеей, заметив смятенного гонца в сенях. И вот тут, в придверье покоя, склонив голову, но очей не отводя, тихо и твердо повестил:

      – Мужайся, госпожа! Дядя твой, Михайло Олексаныч… – И смолк, безотрывно глядючи в недоуменное, чуть надменное лицо. И когда уже ощутила тревогу, домолвил: – Рязане на Лопасню напали!

      Охнула, глаза, как подпрыгнув, отворились широко, приоткрылся рот… (Дядя был заступою и обороной сызмлада.)

      – Убит?

      – Нет, жив. В полон увели! – скороговоркой успокоил Никита и крепко взял за плечи на мгновение (не сумел иначе), повторив: – Мужайся!

      Сурово примолвил:

      – У Василь Василича слуги верные, от ево не отступим, не боись!

      Василь Василич будто ждал – почти влетел в покой. Закипели гневом глаза, увидя кметя в неподобающем месте. Никита с суровой усмешкой (еще держа за руку и намеренно не разжав ладони) кивнул головой на гонца в углу горницы:

      – Беда, боярин! С Лопасни парень подомчал! Рязане, Олег!

      – Чево?.. – Василь Василич водил глазами, еще не понимая, трудно перенося


Скачать книгу