В плену его желаний. Екатерина Аверина
операцию брата и исчезнуть из жизни этого странного, но такого красивого мужчины.
Спать перехотелось. За окном только-только стало светать. Все тело ноет после вчерашней ночи. Этот дурацкий ошейник мешается и трет. Но мне вдруг захотелось сделать для холодного хозяина этой квартиры что-то теплое. Может, он сжалится и хотя бы днем разрешит мне ходить без этой штуки? Завернулась в простыню, которой укрывалась, и отправилась в душ. Здесь же, в стопке чистой, но еще не выглаженной одежды, нашла одну из его рубашек. Поднесла, вдохнула исходящий от нее запах. Даже после стирки на ней остался едва уловимый запах Макса. Немного терпкий, но очень приятный. Это запах силы и секса.
Рубашка села на меня, как короткое платье, но это лучше, чем ходить голой. Надеюсь, за это он меня не накажет. Передернула плечами вспомнив, каким тоном было сказано это «Я тебя накажу». По телу вмиг пробежали мурашки. Еще раз дала себе мысленный подзатыльник за то, что мои мысли возвращаются к нему снова и снова, и отправилась на кухню готовить завтрак. Ужасно хочется есть.
Холодильник сказал мне о том, что его хозяин практически не питается дома. Более того, мне кажется, он тут почти не бывает, уж слишком все правильно, все на своих местах. Нет ощущения того, что здесь живут, скорее иногда ночуют. Достала пару крупных сладких перцев, зеленый и красный. Там же обнаружила яйца и бекон. Неплохо. Нарезала кольцами перец, уложила на сковородку, слегка обжарила с обеих сторон. По кухне разнесся невероятный летний аромат. В каждое колечко аккуратно вбила по яйцу, сбоку пристроила тонкие полоски бекона и прикрыла крышкой. На мою талию легли сильные руки. Я вздрогнула от неожиданности и замерла, когда он прижался ко мне своим возбужденным членом.
– Доброе утро, – выдавила из себя.
Это одна в спальне я была смелой, а когда он появился рядом, внутри снова все сжалось.
– Потрясающе пахнет. Не сгорит? – усмехнулся он, ослабив хватку.
– Ой! – Я подпрыгнула на месте, задев попой его стояк.
Он зашипел и вжал мои ягодицы в свой пах.
– Точно сгорит, – набралась смелости и решила его притормозить.
На удивление Макс ничего мне не сделал, просто отпустил и позволил накрыть для нас стол. Только внимательно следил за каждым моим жестом.
– Надеюсь, ты не против? – с трудом подняла на него глаза, помня о том, что он обещал наказать, если буду прятать от него взгляд.
– Нет, – короткий ответ, и мы молча принялись поглощать завтрак.
Так же молча он убрал с барной стойки грязную посуду, засунув ее в посудомойку, и снова уставился на меня, облокотившись задницей о столешницу. Чуть наклонил голову и не сводит с меня глаз. Мне неуютно, на меня никогда никто вот так не пялился. Но мне очень нужно позвонить домой, просто сказать, что со мной все хорошо и узнать, как Мишка, поэтому, осмелев, я задала вопрос:
– Могу я сделать звонок? Пожалуйста, это…
Он не дал договорить, поднял ладонь вверх, давая понять, чтобы я замолчала.
– Мне, правда, очень