Мой сумасшедший дракон. Елена Горская
лица, впалые щеки, покрытые рыжей щетиной, огромные синяки под глазами, немного искривлённый нос – последствие пьяных драк. Только находясь дома, он был таким… настоящим. По вечерам, выбираясь в город, он приводил себя в порядок при помощи своей темной магии, тем самым сохраняя втайне от чужих глаз последствия своих слабостей.
– Ты мне не опекун! Ты мне никто! Ты не можешь распоряжаться моей жизнью!
О, как я была зла. Мне хотелось плакать от досады.
– Твой будущий муж – Ульрик Донг, – словно не слыша моих слов, издевательски-спокойным тоном объявил Лиам.
– Что?!
О, я знала этого мерзкого старикашку-мага. Именно ему мой “братец” проиграл большую часть семейного состояния. Противный толстый старик похоронил уже десятую молодую жену за последние пять лет! Мне даже страшно представить, что он с ними делает.
– Это очень выгодное предложение.
– Да пошел ты со своим выгодным предложением! Пусть Патрисия выходит за него замуж.
Одна фраза – и Лиам взмахнул рукой. Меня отбросило к стене волной его темной магии, и я шлепнулась на пол.
Не успела я подняться на ноги, как Лиам оказался рядом. Крепко обхватив мою шею рукой, он снова пригвоздил меня к стене.
Мы схлестнулись взглядами. В его покрасневших пьяных глазах читалось дикое отвращение.
– Ты не имеешь права, – прохрипела я, ощущая, как воздуха в лёгкие поступает все меньше.
– Имею. Ты, безродное отродье, по закону находишься под опекой семьи Рид до двадцати четырех лет. Такова участь всех приемных детей. Или ты вдруг об этом забыла? Так я тебе напомню. Тебя, маленькую дрянь, мои родители притащили с уличной помойки, обогрели, отмыли и дали крышу над головой. Ты – человек. Бездарная и бесполезная. Белая ворона в нашей семье.
– Через три недели мне исполнится двадцать четыре. Я уйду.
– Вот именно, Лори. У меня всего три недели, и я не могу упустить этот шанс, – Лиам оскалился и ослабил хватку. – Пора расплачиваться за блага, которые предоставила тебе моя семья. Совсем недавно я снова проиграл Ульрику огромную сумму. Он великодушно готов простить мне весь долг. Да и ко всему прочему готов дать за тебя три тысячи золотых сверху – это отличное приданое для Патрисии.
Мне было мерзко слушать его планы.
Лиам Рид никогда не беспокоился о чьих-либо чувствах, а о моих – тем более. Но, по крайней мере, теперь мне стали ясны его мотивы.
Меня хотели продать подороже до того момента, как я стану независима от этой семьи.
– Я не собираюсь расплачиваться за твои увлечения.
– Ты сделаешь это. Иначе у нас заберут дом. О Патрисии я, разумеется, позабочусь. А вот тетушка Маргарет окажется на улице. Ее магия уже слаба, а сама она уже стара. Ей нужен комфорт.
Я стиснула зубы до скрипа.
О, Боги! Как же я его ненавидела! Он даже старушку оставил без крыши над головой!
– Но ты можешь забрать ее с собой в дом Ульрика, – добавил с издевкой Лиам. – Мне ее старческие нравоучения уже поперек горла.
Все, что мне оставалось – это сделать вид, что