Повести. Михаил Салтыков-Щедрин

Повести - Михаил Салтыков-Щедрин


Скачать книгу
уж и помочь этому нельзя, стало быть, нечего и говорить об этом! Так, что ли, Андрей Павлыч?

      Он задумался и долго не отвечал мне.

      – Да что ж делать, что предпринять мне? Научите меня, Татьяна Игнатьевна, если можете! Чем же виноват я, что беспрестанно ускользает от меня эта середина, которой я добиваюсь? что ж делать, если нет другого выхода – или быть вечным юношей или преждевременным стариком, или сжечь и разрушить, или оледенить и заморозить все…

      И он сказал это с видом такого глубокого отчаяния, что слышно было в звуках его голоса, как тяготило его самого это безвыходное противоречие; но я как-то зла была в эту минуту, я чувствовала потребность вылить наружу всю желчь, которая мало помалу накоплялась в сердце моем.

      – Итак, решительно нет для вас никакого спасения, Андрей Павлыч? – сказала я.

      – Нет, решительно нет; по крайней мере, я не вижу, – отвечал он более спокойным тоном, – это необходимо, и я должен покориться закону необходимости.

      – Необходимость? И, полноте, Андрей Павлыч! может быть, на вашем языке это так зовется, а попросту-то, знаете ли, как называется подобный закон?

      – Позвольте узнать, – сказал он, насмешливо улыбнувшись.

      – Да просто, трусостью.

      – Что ж, коли хотите, я с вами не совсем несогласен…

      – А! вот как!..

      – Да, потому что дело не в слове, а в понятии, которое оно выражает.

      – Стало быть, вы просто трус, Андрей Павлыч!

      Он смутился; но это смущение было так мгновенно и так быстро уступило место самому твердому спокойствию, что нужно было вглядываться в его лицо с таким напряженным вниманием, с каким я вглядывалась, чтоб заметить эту краску, которая на одну минуту показалась и скрылась на щеках его.

      – Коли хотите, – сказал он, – есть разница между обыкновенным трусом и человеком нравственно обессиленным вследствие горестного сознания невозможности и даже неразумности борьбы с необходимостью. Впрочем, если вам непременно угодно, чтоб я был трусом, я и на это согласен.

      – Итак, все кончено между нами, Андрей Павлыч, и мне нужно будет выйти замуж за Гурова?

      – Ах, боже мой! право, я не знаю! Как же я могу что-нибудь сказать вам за или против?

      – Да нет, скажите, мне нужно. Чего же ждать? чего жалеть?.. уж лучше разом кончимте разом, Андрей Павлыч! Это последняя моя просьба; вы будете спокойны, я не стану вам больше надоедать…

      И я чувствовала потребность выйти из этого тягостного положения, разрешить хоть чем-нибудь эту неизвестность, а вместе с тем желала отдалить приближение роковой минуты и как смерти ждала и страшилась его ответа.

      – Ах, чего вы от меня требуете, Татьяна Игнатьевна! – сказал он, спустя несколько секунд, – в свою очередь, спрошу я у вас, – неужели вы из всех моих разговоров ничего не поняли? неужели ваше чувство так закрыло глаза вашему рассудку, что вы не видите, что меня мучит, какой червь гложет мое сердце?..

      – Так вы меня любите? – спросила я.

      Он молчал.

      – Что


Скачать книгу