Врата судьбы. Агата Кристи
Видишь ли, – сказала Таппенс. – Я уже слишком стара и не знаю, как нужно себя вести в этих магазинах – все стало так странно и непонятно. И цены странные, и вообще все не так, как раньше. Но я бы на твоем месте все-таки заплатила эту разницу, может быть, просто отдала бы деньги этой девушке… как там ее зовут… кажется, что-то вроде Глэдис? А она может положить деньги в кассу или куда там полагается.
– Ах, нет, даже не знаю, мне, пожалуй, не хочется этого делать. Вы понимаете, она ведь может просто взять эти деньги себе, а если она это сделает, будет очень трудно что-нибудь доказать: а что, если это я украла деньги, а я ведь ни за что не стала бы их красть. Их украла бы Глэдис, ведь правда, а я не уверена, что ей можно доверять. О господи!
– Да, – сказала Таппенс. – Жизнь – это сложная штука, верно? Мне очень жаль, Беатриса, но, мне кажется, ты должна сама решить, как тебе следует поступить. Если ты не можешь доверять своей подруге…
– Она мне вовсе не подруга, просто я иногда что-нибудь покупаю в этом магазине. А с ней так приятно разговаривать. Но она мне не подруга. Мне кажется, у нее уже были неприятности, там, где она работала раньше. Говорят, что, продавая вещи, она отдавала не все деньги, а только часть, остальное же утаивала.
– Ну, в таком случае, – сказала Таппенс, приходя в отчаяние, – я бы вообще не стала ничего делать.
Она это сказала столь решительным тоном, что Ганнибал решил принять участие в дискуссии. Он оглушительно залаял на Беатрису и бросился в атаку на «Гувера», которого считал своим личным врагом. «Не верю я этому „Гуверу“, – сказал Ганнибал. – Очень мне хочется его искусать».
– Ах, да успокойся ты, Ганнибал. Перестань лаять. И не смей никого и ничего кусать, – велела ему Таппенс. – Я ужасно опаздываю.
И она убежала из дому.
«Всюду проблемы», – говорила себе Таппенс, спускаясь по Садовой дороге. Идя по этой дороге, она уже не в первый раз задавалась вопросом: были ли когда-то прежде вокруг этих домов сады? Это казалось маловероятным.
Миссис Барбер встретила ее очень радушно. Она подала на стол восхитительные на вид пирожные.
– Какие изумительные эклеры! – сказала Таппенс. – Вы покупали их у Бетерсби?
– О нет, их испекла моя тетушка. Она просто удивительная женщина. Умеет печь такие вкусные вещи, что просто прелесть.
– А ведь готовить эклеры очень трудно, – сказала Таппенс. – Мне, по крайней мере, это никогда не удавалось.
– Для этого нужен особый сорт муки. В этом, мне кажется, заключается весь секрет.
Дамы пили кофе и рассуждали о трудностях изготовления различных сортов домашнего печенья.
– Мы тут недавно говорили о вас с мисс Болланд, миссис Бересфорд.
– Ах вот как, – сказала Таппенс. – С мисс Болланд?
– Она живет недалеко от дома викария. Ее семья издавна живет в этих краях. Она нам рассказывала о том, как приезжала сюда девочкой. Ей здесь очень нравилось, и она всегда с радостью ждала этих поездок. Там, в саду, такой изумительный крыжовник, говорила она. И еще слива-венгерка.