Сказки тридевятого округа. Александр Овчаренко
гранит-то, – сказал он главному архитектору, когда подписывал проект квартала под рабочим названием «Сказки братьев Грим».
Работа на «объекте» шла круглосуточно: высокие зубчатые стены с круглыми караульными башенками по углам возвели в первую очередь. После того, как закончили кладку стен, поставили КПП в виде Золотых ворот, а с наружной стороны периметра, в аккурат под самыми стенами, выкопали с виду декоративный, а на деле самый настоящий ров глубиной в десять саженей, который заполнили проточной водой. На смене воды настояла главный санитарный врач «объекта» – обаятельная, но очень настойчивая доктор Власенкова. Ему нравилась эта решительная и целеустремлённая женщина, не пугающаяся начальственного рыка и готовая отстаивать свою точку зрения до конца.
– Товарищ начальник строительства! – возмущённо звучал её голос под стенами «объекта», когда он во главе комиссии приехал принимать земляные работы. – Я решительно настаиваю на том, чтобы вода во рву была проточная. В противном случае в стоячей воде поселятся малярийные личинки и тогда эпидемии не избежать! Да и пахнуть вокруг «объекта» болотом будет.
Последний аргумент окончательно склонил весы в пользу доктора Власенковой, и он согласился, хотя и знал, что его согласие обернётся дополнительными инженерными работами, а, следовательно, и дополнительными затратами.
Что за образ выбрал для себя главный санитарный врач, Пётр Алексеевич не ведал, но в глубине души согласился, что именно такой специалист ему на «объекте» и нужен. Позже думный дьяк подготовил ему справку, из которой стало ясно, что образ микробиолога Татьяны Власенковой главный санитарный врач заимствовала из романа Вениамина Каверина «Открытая книга».
– Хм, а я и не знал! – откровенно удивился Романов.
– А ты, государь-надёжа, и не обязан всё знать! – зашелестел над ухом думный дьяк. – Для этого у твоей Милости слуги имеются, которым если не всё, то многое по статусу знать полагается. Ты, Пётр Алексеевич, только намекни, а уж мы для тебя расстараемся, и справочку подробную подготовим, и, если потребуется, чертёжик изготовим, а к нему и расчёты приложим.
В тот день он отмахнулся от дьяка, дескать, ступай Никита Моисеевич, не до твоих услуг нынче. А когда за дьяком захлопнулась дверь, подумал, что образ, выбираемый ими – представителями «тонкого» мира перед визитом в мир землян – придаёт им не только портретную схожесть с историческим или литературным персонажем, но со временем становиться второй натурой, прорастая в психику своего носителя привычками, предпочтениями, фантомной памятью.
– Вероятно, поэтому мне и снятся сны о закладке Петербурга и о Полтавской битве – события, в которых лично я никакого участия не принимал, но в которых снискал себе неувядающую славу русский самодержец Пётр Первый, поэтому и ласкают меня в сновидениях многочисленные женщины, которые скрашивали одиночество Петра Алексеевича, но вкуса поцелуя которых я никогда не знал.
Когда Высший Совет