.
двадцати семи, отражалась синяя блестящая дымка, струящаяся по его поверхности. Яйцо готово раскрыться, но почему задержался тот, кто выпустит этот необычный мир? Впервые за всё время Самка отложила яйцо, проникшее во все грани времени и пространства одновременно. Застыв, оно жаждало расцвести. Но раскрыть его может лишь человек. Самка окинула взглядом Колыбель, в которой на дециллионах подпространств и временных граней нашли своё место нониллионы Миров. Древнее существо, сконцентрировав в своей проекции тёмную энергию Мироздания, отправило её навстречу человеку… Навстречу Хранителю Мироздания.
Единственная в Мироздании сила, раскрывающая миры – путешествующие в мирах земляне. Их души подобны реакторам, обладающим мощью миллиардов солнц. Каждое яйцо раскрывается душевной силой, вырвавшейся из человека и увлекающей его за собой. Отпечатав уникальную мыслеформу в Узле Мироздания, души землян устремляются сквозь него, сохраняя в памяти лишь обрывки воспоминаний. Человеки тысячелетия складывают их них сказки, мифы и легенды, соединяют в религии, называя себя путешественниками во времени и попаданцами. Некоторые раскрывают сразу несколько Миров, другие взрывают их нечаянно или от отчаяния, а астрономы (так они называют тех, кто пытается постичь тайны Паутины), называют это взрывами сверхновой. Взорвавшиеся Миры осколками разлетаются по Паутине. Иногда они соединяются в вихри, иногда стелются в пространстве звёздными лентами. Каждый Мир обустраивается человеческой душой согласно ее наполнению. Есть Миры злые и враждебные, есть мягкие детские и лирические, а есть полные опасности приключенческие. Есть необитаемые и густонаселенные. И есть просто пустые, как те, души, что раскрыли их, но которым нечего было дать Мирозданию. Такие плывут молчаливыми глыбами, не найдя своего места в Колыбели, порой сбиваясь в стаи, как трудные подростки…
Земля – мир, появившийся в результате мощного выброса энергии, лишившего Самку возможности раскрывать Миры, наделяя их душами. Земля, обретя физическую форму и утратив возможность свободно перемещаться по Паутине, стала частью Равновесия. Обладая душой Древнего существа, она взрастила человеков, наделив их способностью раскрывать яйца миров. Самка и Земля стали частью и продолжением друг друга.
Самка и человеки нуждаются друг в друге. Только человеки об этом не догадываются, да и не нужно это. Человекам нужно реализовывать мощный заряд своих душ, миры нуждаются в этих зарядах. Самка служит человеку, человек расширяет Мироздание…
…Самка ждала, наблюдая, как бьётся под тонкой струящейся скорлупой сердце нового мира. Такого мира ещё не было… Где же ты, человек?… И чем ты станешь для Мироздания, обладая его безграничными возможностями?
… Астрономы на маленькой планете Земля одновременно обнаружили в одной из частей космоса плотное скопление неизвестной энергии около яркой синей звезды… Откуда им было знать, что это замерший паук, плетущий Паутину Мироздания, беспокоится о судьбе своего яйца, уже рождённого, но ещё не раскрытого мира….
Часть 1
– Ульяна, зайди ко мне. – Бросил босс, проходя мимо моего стола пятый раз за последние полчаса.
– Угу, – буркнула я, сгребая со стола свои офисные пожитки в сумку, единственную яркую вещь в этом унылом помещении, – бегу и тапочки теряю.
Выдвинув напоследок ящики обычного офисного стола, я выложила несколько худых канцелярских папок с приколотыми к ним инструкциями для Егора.
– Чего изволите, босс? – Вымученно съёрничала я, войдя в кабинет.
– Уля, сядь, пожалуйста, и послушай. – Егор взял меня за руку и потянул к себе на колени. – Я не могу заставить тебя передумать, но не могу и отпустить тебя. На тебе держится вся работа, чёрт возьми! – Отчаяние шефа кричало на меня во весь голос.
– Ну, а я причём? – Не поддаваясь Егору, я присела на краешек его стола.
– Уля, а может отпуск? Закроемся на пару месяцев, махнем на море? – С надеждой во взгляде Егор снова схватил мою руку.
– Егор, не начинай. Кажется, мы с тобой подробно обо всём поговорили. Мне надоело быть твоей бедой и выручкой. Я хочу быть своей радостью и счастьем. – Я выдернула ладонь из горячих рук босса и подошла к окну. Меня больше не волновали проблемы бывшего любовника. Меня больше не волновала работа. Я завязала. С работой. И с любовниками. И там и там сплошные разочарования. – Смотри на вещи реально – ещё пара месяцев и ты уйдешь в отпуск навсегда. Мне надоело, понимаешь? Надоело! Я возвращаюсь в Красноярск. Ты теперь сам как-нибудь, ладно?
Не ожидая ответа, я вышла из офиса. Свобода! Ах, это сладкое чувство свободы! Я с рождения не отличалась удачливостью. КамАЗы с пряниками не ездили по тем улицам, где ходила я, и манна небесная просыпалась всегда на того, кто шёл впереди или сразу сзади. Если же я начинала по этому поводу сетовать, то боженька, чтобы я отвязалась, выдавал мне свисток, но подсовывал глухую акулу. Даже дед Мороз передавал подарки для меня в подъезде. Моя неидентичность проявлялась всегда и во всём. Я никогда не могла смириться с чёткими рамками, в которые людей вгоняют сначала в школе, потом на работе и далее по списку. Я честно старалась выполнять свои