Тамплиер. На Святой земле. Юрий Корчевский
того как женщина попила, голос её изменился, стал мелодичным, без хрипотцы.
– Где рана, где болит? Ты вся в крови.
– Голова. Сзади, на затылке, и сильно.
Женщина медленно села на лавке, Саша помог, подержал за лопатки.
– Я посмотрю.
У женщины волосы густые, длинные, сзади слиплись от крови. Саша осторожно прощупал голову. Шишка большая, небольшая ранка, уже подсохшая.
– Заживёт. Руки-ноги целы?
Женщина подвигала конечностями.
– Не больно.
– Вот и хорошо. Ты голодна?
– Меня тошнит, о еде думать не могу.
Похоже, сотрясение головного мозга. Саша не врач, и познания в медицине мизерные, но по телевизору передачи и фильмы видел, кое-что запомнил. Главное в таких случаях – постельный режим.
– Чем я могу помочь?
– Иди, рыцарь, у тебя свои дела.
Дела – это верно. Коня расседлать, задать корма, самому поесть. Оказалось – оруженосцы коня его расседлали, в кормушку овса насыпали. Саша поел чечевичной похлёбки с лепёшкой, спать улёгся. Впереди ещё три дня перехода, надо отдохнуть. После завтрака коня подготовил. Паломники тоже поторапливались. Вновь явленные возничие уже на облучках. Он Франсуазу увидел. Стоит в сторонке, явно не зная, что делать. Саша подбежал:
– У тебя знакомые, родня в Иерусалиме были?
– Нет.
– Тогда быстро на повозку, мы выезжаем в Акру. Пойдём, посажу.
На облучке повозки двоим тесно, паломник возмущаться стал. Саша схватил его за локоть, сдёрнул с повозки.
– Не хочешь ехать в тесноте, иди пешком.
Подсадил Франсуазу на облучок.
– Держи вожжи. И не отставай. Мул сам пойдёт, будет отставать – похлёстывай.
Женщина сегодня выглядела лучше. Видимо, ночью, когда все отдыхали, вымыла волосы. Крови на голове, теле уже видно не было, только платье в пятнах. Разговаривать некогда, первая шеренга рыцарей уже выезжала из селения. Саша добежал до лошади, тронул, занял своё место в строю. Около полудня остановка – передохнуть, попить. Огюст заметил:
– Как появилась юбка, ты от неё не отходишь.
Саша смутился. У него в мыслях ничего такого не было. Женщина одна, с травмой, растеряна, он хотел просто помочь. Но времена другие, жестокие, помогать человеку чужому принято не было. Да и в Библии сказано – помоги ближнему своему. И не написано, что незнакомцу. Хотя, после того как женщина вымыла волосы и лицо, оказалась хорошенькой. А Огюст подбадривает:
– Ты не теряйся. Обет безбрачия не давал, не рыцарь. Да и не в брак же ты собрался, а побаловаться – грех невелик. Отмолишь или индульгенцию купишь, если денежки заведутся.
Откуда им завестись, если Саша уже который месяц в ордене, а монеты видел только в чужих руках. Кормёжка, оружие – за счёт ордена, вроде как деньги не нужны, если только на выпивку в таверне. Так он не большой любитель, если и выпивал немного, так кто-то из рыцарей платил. Некоторые из них имели имения, родню богатую. Саша сам видел,