Похождения «Подмигивающего призрака». Валерий Ильичев
то будьте любезны предъявить.
Решившись, Гришка расстегнул на груди рубашку и снял с шеи кожаный чехол. Вытащив бриллиант, передал дантисту. Тот, не притронувшись к товару, громко пригласил:
– Сема, иди сюда. Взгляни опытным глазом мастера на камешек.
Тяжелая портьера раздвинулась, и в кабинете появилась могучая фигура. В отличие от доктора, человек был подтянут и мускулист. Его большая голова, казалось, не имела шеи, а росла прямо из широченных плеч. Свою правую руку Сема держал в боковом кармане атласного халата. Григорий сразу понял:
« Этот тип точно держит меня на прицеле. Надо бы поостеречься».
Насладившись произведенным эффектом, доктор успокоил:
– Не бойтесь собственной тени, молодой человек. Это моя страховка: родной брат. Приехал погостить из Одессы, где широко известен в узких кругах. Вы не знакомы? Странно, одними тропами ходите, экспроприируя чужую собственность. Сема знает толк в камушках и легко определит, не пытаются ли нам, как дешевым фраерам вручить фармазон из обычного стекла. Ну, что скажешь, Сема?
Продолжая направлять оружие в кармане халата в живот посетителю, Семен внимательно покрутил свободными пальцами искрящийся гранями бриллиант. Затем благосклонно кивнул:
– Вещь настоящая, дорогостоящая. Сколько вы за нее хотите?
– Слушайте, господа хорошие, морочить вам голову и другие части тела не стану. Я не знаю истинной цены этого бриллианта, который покойный Буйнов уважительно называл «Подмигивающим призраком». Вы мне сами предложите цену. Но по справедливости, чтобы и меня не обмануть, и самих себя не обидеть.
– Как же ты, такой бывалый, с таким богатством по Москве без опаски шныряешь?
– Это вам так показалось. Двое отчаянных парней из моей прошлой лихой жизни не спускают глаз с подъезда, куда я вошел. Они хорошо знают, к кому я в гости пошёл.
– Допустим, что так. Искушать судьбу не будем. Заключим честный контракт. Ты спросил о цене. А ведь дело не в ней, а в наших с братом возможностях. Подлинную стоимость этого бриллианта мы тебе возместить не сможем. Не те времена. Так что рассчитывай примерно на четверть реальной цены. Если даёшь согласие, то перейдем к обсуждению деталей.
– Мне деваться некуда. Только одно условие. В уплату большую часть возьму не ассигнациями, а золотом: двадцать царских червонцев, остальное перстеньками и цепочками.
– Так это не продажа, а натуральный обмен получается.
– Все верно. Бумажки сейчас никому не нужны.
– Но у нас нет сейчас золота. Знаешь, какой сейчас в Одессе самый популярный анекдот? Нет? Тогда слушай сюда: мальчик спрашивает у отца, кто такой пролетариат. А тот отвечает: это тот, кто освободил нас от цепей. Помнишь, у тети Зоси до революции была массивная золотая цепочка? Так вот, ее больше нет. Так и у нас с братом. До прихода новой власти кое-что водилось, а сейчас нет. Но пойдем тебе навстречу: десять золотых царских червонцев и кое-что из цепочек, кулонов и колечек. Остальное возьмешь ассигнациями.
– Хорошо,