Люди до. Анна Александровна Грачева
с ней эти эмоции. Наверное, у меня на лице было все написано крупным шрифтом, потому что Су, понизила голос и еще более уверенно сказала. – Эй, не хмурь брови, нас готовили к этому с пеленок.
– Тебе легко говорить, у тебя Мар, в комиссии. – Запрещенный прием, но я не смогла от него удержаться.
Су закатила вверх глаза, давая понять, что участие Мар в решении, явно преувеличено.
– Ты сама прекрасно понимаешь, что решение принимается беспристрастно и коллегиально. Главное – это анализы (то, что от нас не зависит), а на счет интеллекта – это, я думаю, нагнетание обстановки, чтобы относились серьезно и не прогуливали уроки. Как тебе? Я сама до этого додумалась! – Су подняла нос выше.
Теперь уже я захотела закатить глаза к мутновато-багряному небу, но, как всегда, сдержалась. Не хватало, чтобы Су, разделила мою паранойю и недоверие к комиссии. Но на лице подруги стало проглядывать явное подобие улыбки. Ямочки на щеках задрожали. Су, не смогла сдержаться и хохотнула разок. А потом мы вместе засмеялись в голос. Когда мой нервный смех перешел в икоту, Су решила дать мне отдышаться и прийти в себя. Так мы незаметно подошли к самой двери, ноги отказывались идти внутрь. Я вздохнула и попыталась стряхнуть со спины липкий и противный холодок, пробежавший по позвоночнику вверх и обратно.
Глупо, наверное, выгляжу. Как ребенок, перед прививочным кабинетом санчасти. Глотнув больше воздуха, я шагнула за порог и растворилась в суматохе бегающих в разные стороны, но по особой траектории, служащих. Здесь много света, высокие потолки, широкие плиты полов, массивные лестницы. Я чувствую здесь себя такой маленькой, что не понимаю, как меня еще не затоптал один из пробегающих мимо служащих граждан. Особая достопримечательность здания Совета – это огромный флаг нашего города, размещенный на стене, окрашенной в цвет золотого песка. На нем изображена большая голубоватая сфера на грязно-оранжевом фоне, как символ безопасности нашего мира от внешних воздействий. Именно на этот флаг направлен весь свет из ламп, так, что все вокруг кажется мелким и незначительным.
Я много раз бывала в здании Совета. Каждая из нас отмечает здесь каждый год свои параметры, сдает тесты, анализы и беседует с членом комиссии. Но, это проходит настолько – не официально, что приравнивается к обычному уроку. И воспринимается всеми – также. Совсем другое дело – сегодняшний день. Я, Су и еще три девушки сегодня изменят свою жизнь. Даже не знаю, готова я к этому или нет. Су права, нас воспитывали с рождения поступать именно так. Но что-то внутри меня как бы противится этому. Я еще не знаю решения. А страшное то, что я не знаю, чего я боюсь больше. Того, что с моими данными все в порядке и меня отправят на дальнейшее распределение, или того, что я останусь тут одна навсегда.
Из аттестуемых девушек – мы пришли первыми. Всегда отличаясь пунктуальностью, сегодня мне хотелось провалиться сквозь землю и явиться перед «пятеркой» одной из последних. Но к нам уже вышагивала дама, уверенной походкой, с внушительной фигурой атлета. Складывалось ощущение,