Жюстина, или Несчастья добродетели. Преступления любви, или Безумства страстей. Маркиз де Сад
заинтересовали вчера, дитя мое, – обратилась она к Жюстине, которую пригласили спуститься в салон хозяйки. – Я не представляла себе, что можно быть такой стойкой. Вы, ей-богу, просто ангел, спустившийся с небес для обращения грешных. В ваших глазах я до сих пор была распутницей, но, признаюсь вам, вы совершили в моей душе нечто такое, в чем я до сих пор не могу толком разобраться. Я готова разрыдаться на вашей груди, покаяться, стать добродетельной по вашему примеру. О Жюстина! Как ты нужна мне для моего исправления! Согласишься ли ты разделить со мною мое убежище? Я постоянно буду видеть тебя и тот пример, который будет все время перед моими глазами. Боже, как он поможет мне!
– Увы, мадам, – отвечала Жюстина. – Это не моя слабая душа служит вам помощью. Если вы действительно ощутили в себе желание перемениться, значит, вы услышали голос Высшего Существа. И это вы, мадам, скорее будете для меня примером, если этот голос будет постоянно звучать в вашей душе и вы до конца будете следовать его указаниям. Благодарю вас за приют, мне предлагаемый; если я смогу быть вам в чем-нибудь полезной, не поступаясь моими принципами, – приказывайте, мадам. Я к вашим услугам, мадам… Поверьте, я приложу все свои слабые силы к тому, чтобы отблагодарить вас самым достойным образом.
Во все время этого разговора Дерош, предупрежденная о замысле подруги, напрягала все свое самообладание, чтобы не засмеяться. Она тут же от души поздравила Жюстину с выпавшим на ее долю счастьем, помогла собрать небогатый скарб девушки, и новая пара отъехала к новому месту пребывания нашей героини.
Особняк госпожи Дельмонс был великолепен: лакеи, горничные, огромное количество прочих слуг, лошади, прекрасная меблировка – все это сказало Жюстине, что она переехала к одной из самых роскошных женщин Парижа.
– Мне пока неудобно, – начала Дельмонс, как только они прибыли, – предложить вам первые роли в моем доме: старые слуги могут обидеться. Но вы обязательно и очень скоро, мой ангел, займете хорошее место, а пока даже на месте младшего офицера вы, будьте уверены, станете самой уважаемой в моей роте.
– О мадам, – отвечала Жюстина, – я так счастлива найти приют в вашем доме и буду делать все, что вы прикажете.
– Вы будете надзирать за моей туалетной. На вас будет лежать забота о соблюдении чистоты в этой комнате, и, если вы отличитесь, через год я сделаю вас своей третьей горничной.
– Мадам, – сказала весьма сконфуженная Жюстина, – я не предполагала…
– О да! Я вижу. Гордыня – это не та добродетель, которую я ожидала в вас встретить…
– Ах, вы правы, мадам: смирение – это первейшее качество души. Во всяком случае, в моем понимании. Прикажите, чтобы мне разъяснили мои обязанности, и не сомневайтесь, что я буду их исполнять неукоснительно.
– А я вам сейчас все объясню сама, голубушка, – И с этими словами госпожа Дельмонс увлекла Жюстину в глубину своего будуара. Там, за стеклянной нишей, располагались две небольшие комнаты.
– Вот то, что поручено вашим заботам, – продолжала