Королевский туман. Татьяна Белоусова-Ротштеин
кого смог выявить Джеймс с помощью хиндийки, весьма сомнительный список, но всё же.
Почему Кинзман отправил дикарку именно к нему? Логичный ответ только один – он знал гораздо больше, чем говорил. Но почему тогда не передал с хиндийкой ту вещь? Просто не успел или?…
Последние полгода были, пожалуй, самыми тяжелыми в жизни Джеймса. Тяжелее даже тех дней, когда они с матерью, подхватившие лихорадку, лежали в раскалённой крепости, а половина Хиндии превратилась в истинный ад. Но тогда он почти не осознавал, что происходит, а теперь – осознаёт.
Джеймс поднял голову и решительно завел мотор. Первое, что он должен сделать сейчас – это выяснить всё, что можно о фамилии Лайтвуд.
7. Посланник
На улице Пенн-мэл стоят строгие особняки без особых опознавательных знаков. Их единственные знаки – их номера. Но все в Империи знают, главное на Пенн-мэл – это не фасады, а то, что за ними.
«Место, где можно молчать или дремать в компании интереснейших людей» – вспомнил Джеймс известный каламбур и усмехнулся. Кивнул швейцару и прошел в первую гостиную.
Клубы для джентльменов. Конечно, про «молчать и дремать» было преувеличением. Еще говорят, что «нет ничего, что не могло бы быть решено в течение часа за рюмкой шерри в клубе». Но в клубах на Пенн-мэл ведутся не какие-то примитивные переговоры как на бирже или в Палате общин. В клубах на Пенн-мэл творится высокое искусство, доступное лишь немногим.
В клубе «Белый щит» Джеймс знал почти всех завсегдатаев. Еще будучи школьником он иногда приходил сюда с отцом.
– О, милорд Леонидас! – прямо на пороге курительной комнаты его встретил не кто-нибудь, а главный редактор газеты «Времена», Джо Баглз. Официально, первый сплетник Империи. Из публичных персон, разумеется. – Давно! Давно мы Вас здесь не видели!
Что ж, на ловца и зверь бежит, как говорится. Джеймс усмехнулся про себя: кто из них сейчас больше охотник, а кто добыча?
– Ну, не так уж и давно, – уклончиво возразил он, позволяя увлечь себя к столику с напитками. – Службе тоже необходимо уделять внимание, согласитесь! – Посещением клуба на Пенн-мэл Джеймс никогда не пренебрегал, пусть Джо не врет. В некоторых случаях посещение Пенн-мэил может быть даже более важным, чем посещение их главного клуба – Палата лордов. – Вижу, сегодня здесь оживленно.
Оживление в клубе джентльменов являло собой негромкие разговоры в небольших группках по три-четыре человека. Вежливость и благодушие, спокойствие и учтивость. Процесс совмещения интересов правящих кругов. Изысканный танец.
– Еще бы! – Баглз лихо подкрутил тонкий ус, словно бывалый вояка. – Но сейчас все разговоры о войне, да еще о том, что в конце месяца Бельфур дает прием. Вы приглашены?
– Разумеется, – соврал Джеймс, приглашение от министра иностранных дел ему еще не поступало. Но лорд и не сомневался, что в ближайшие дни такое приглашение будет. – А как Ваши дела, всё горите на работе?
– Не жалуюсь, –