Братство подсолнуха. Криминальная драма на постном масле. Игорь Ягупов
говорил про кулечки, – подбодрил себя Гриша. – Сам говорил.
Не услышав за дверью никакого движения, он уже занес руку, чтобы постучать еще раз, когда дверь неожиданно распахнулась. На пороге стояла та самая белобрысая девчонка. Вот уж кого Гриша точно не ждал.
– К бабе Фае я, – пробормотал он.
– Нет ее, к приятельнице пошла, – фыркнула девчонка, внимательно разглядывая Гришу.
Глаза у девчонки действительно, как и предполагал Олег, были темно-голубыми. Да при этом еще и огромными.
– Лелик? – с усилием выдавил из себя незадачливый посетитель.
– На работе, – пожала плечами девчонка.
Она продолжала бесцеремонно смотреть на Гришу, явно не желая помочь ему с продолжением разговора. Гриша почувствовал, как щеки его начали пылать.
– Я книгу принес, – пробормотал он, когда пауза затянулась до неприличия.
– Почитаем, – кивнула девчонка.
Гриша подумал, что лучше бы вчера за ним погнался Лелик. И пусть бы даже догнал.
– Это не для чтения, – чувствуя, как бетонный пол подъезда уходит у него из-под ног, просипел Гриша. – Это для семечек. Кулечки сворачивать.
С этими словами он протянул пухлый том девчонке. Та взяла его обеими руками.
– Бабе Фае передай, – пробормотал Гриша сконфуженно, – скажи, что от Григория.
– Хорошо, Григорий, – фыркнула девчонка.
– Только передай обязательно. Я обещал, – ни с того ни с сего добавил Гриша.
– А вдруг я почитать захочу? – снова фыркнула девчонка, уставившись на Гришу своими огромными голубыми глазами. – Что тогда, Григорий?
Гриша покраснел и смущенно хмыкнул, показывая, что понял юмор, но не знает, что же сказать в ответ.
– Нет, что тогда, Григорий? – настаивала девчонка, которой явно нравилось вгонять Гришу в краску.
– Читай тогда, а уж после прочтения – на кулечки, – пробормотал он, изнемогая под этой пыткой.
– Григорий, – протянула девчонка, – а тебе не кажется, что как-то неприлично даже не познакомиться? Спросить, например, как меня зовут?
– Да я и так знаю, – брякнул Гриша.
– Да ну! – нарочито удивилась его собеседница. – И как же?
– Тань… – начал было Гриша, но вовремя поправился: – Татьяной.
– Ишь ты! – хмыкнула девчонка.
– Чего ты выделываешься? – неожиданно разозлился Гриша. – Мы с тобой теперь, наверное, часто станем видеться. Потому как мы для бабы Фаи будем семечки покупать и жарить. Так что привыкай ко мне.
– Надо же, – надула свои и без того пухлые губы девчонка, – как заговорил!
– Уж как могу, – огрызнулся Гриша.
Какие же все-таки огромные были глаза у этой девчонки.
– А чего твой дружок вчера удрал посреди разговора? – спросила Танька.
– Так надо было, – пробурчал Гриша.
Ему очень хотелось пофорсить перед своей новой знакомой и рассказать