Экспедиция «Тяготение». Хол Клемент
того, как небо очистится. Тогда здесь установится очень хорошая погода и продержится примерно сотню-другую дней. Меня заранее предупредят, когда охотникам нужно будет вернуться на корабль.
– А как мы передадим это предупреждение? Если я отдам им свой аппарат, мы с тобой не сможем говорить о текущих делах, а если не отдам…
– Об этом я позаботился, – прервал его Лэкленд. – Как только станет потише, сразу же приходи ко мне. Я передам тебе еще один аппарат… и вообще лучше, если у тебя их будет несколько. Путешествие, которое ты совершишь для нас, вероятно, будет опасным, да и долгим, уж мне-то это известно. Тридцать с лишним тысяч миль по прямой, как ворон летит, и мы еще понятия не имеем, сколько из них вам придется проплыть, а сколько – пройти по суше.
Из-за оговорки Лэкленда они отклонились от темы: Барленнан спросил, что такое ворон и что значит летать. Справиться с первым вопросом было легче. Но освоиться с мыслью о живом существе, которое летает само по себе, оказалось для Барленнана еще труднее, чем с мыслью о бросании. И она ужаснула его еще больше. То, что у него на глазах передвигался по воздуху Лэкленд, представлялось ему совершенно противоестественным, и он никак не мог к этому привыкнуть. И в какой-то степени Лэкленд его понимал.
– Вот что я хочу тебе предложить, – сказал он. – Когда небо очистится и станет возможной безопасная посадка, мне пришлют сюда транспортный механизм. Если ты посмотришь, как садится ракета, тебе будет легче свыкнуться с самой идеей полета.
– Может быть, – нерешительно проговорил Барленнан. – Но мне что-то не хочется смотреть, как садится твоя ракета. Я, знаешь ли, однажды уже видел и… Я бы не хотел, чтобы в это время со мной был кто-нибудь из команды.
– Почему? Думаешь, они бы до смерти испугались?
– Нет, – честно ответил месклинит. – Просто я не хочу, чтобы они видели, как испугаюсь я.
– Ты меня удивляешь, командир, – сказал Лэкленд, стараясь говорить в шутливом тоне. – Впрочем, я понимаю твои чувства и заверяю тебя, что ракета над тобой не пройдет. Чтобы этого не случилось, я сам буду направлять пилота по радио, если ты согласишься подождать у стены моего купола.
– Но все-таки она пройдет близко от зенита…
– Довольно далеко, обещаю тебе. И это не только для твоего спокойствия, но и для моей безопасности. Чтобы сесть на эту планету даже здесь, на экваторе, дюзы должны работать на полную мощность. Уверяю тебя, я вовсе не желаю, чтобы струи пламени ударили по моему куполу.
– Хорошо, я приду. Как ты сказал, лучше, если у меня будет несколько радиоаппаратов. А что такое «транспортный механизм»?
– Это машина, которая будет возить меня по суше, как твой корабль плавает по волнам. Ты увидишь ее через несколько дней или даже через несколько часов.
Барленнан не стал спрашивать, что означает это новое слово, поскольку общий смысл последней фразы был понятен и без того.
– Я приду и посмотрю, –