Дело о девелопере. Сборник рассказов. Александр Ралот
ими в немецких архивах обнаружена купчая от гауляйтера Османа Губе на оплату и приобретение в пользу рейха картины «Дождь в Тосканской долине» художника Монро, находящаяся на правах частной собственности у господина Кима Тихонова.
Вторым документом в этой папке была справка из Дрезденской галереи о том, что картина «Дождь в Тосканской долине» в настоящее время хранится в запасниках этого почтенного музея и выставляется на выездных экспозициях и что подлинность картины подтверждена группой международных экспертов.
Максим молчал и смотрел, как Марго работает с документами, а когда она оторвалась от папки произнес:
– Понимаете, Маргарита Сергеевна, если бы фашисты просто отобрали эту картину, то никакого дела сейчас не было бы. Но они почему-то её купили, причём, за немалые деньги, и Ким Тихонов эти чёртовы деньги от фашистов принял, значит, он с ними сотрудничал. А срока давности по таким делам нет, тем более что документы пришли к нам из Израиля.
– Максим, я могу встретиться с Тихоновым? – отложив в сторону папку, спросила Марго.
– Только с разрешения руководителя группы следователя Ивашева, – как-то с неохотой ответил Каверин.
Маргарита знала старого следователя. В прошлой своей жизни она неоднократно с ним встречалась по различным дела. Друзьями они никогда не были, но все, в том числе и она, считали его педантом, строго следовавшим букве закона.
– Дело, вроде бы, ясное, не убийство, не грабёж – зачем же целую группу создавать, да ещё такого уважаемого следователя как Ивашев подключать? – продолжала Маргарита.
– Понимаете, Маргарита Сергеевна, я сам всего не знаю, только ту часть, которую мне поручают. Но сдаётся мне, что запрос от фонда не к нам в город поступил, а через самые верха прошёл. – Максим показал куда-то в потолок. Поэтому, с нашей стороны всё должно быть тип-топ, наверняка на суд иностранцев понаедет – пруд пруди. – Если хотите дополнительную информацию получить, то поднимитесь в кабинет этажом выше, а у меня кроме этого дела, ещё текущей работы, как у жучки блох. – Каверин убрал дело в сейф и показал всем своим видом, что женщине желательно покинуть его кабинет.
Руководитель следственной группы Ивашев Павел Степанович, внимательно изучил бумагу, которую ему вручила Маргарита. Кивком указал ей на стул, стоящий у окна.
– Рад видеть вас в добром здравии, – сухо произнёс он. – Наслышан о ваших успехах. Только вот не пойму, на кой ляд вам этот старый урод понадобился. Якшался с фашистами, попался, получи своё. Пожизненное ему не дадут, времена нынче у нас либеральные, но и того, что ему наш гуманный суд определит на его недолгий век хватит.
– Павел Степанович, а вы не допускаете мысли, что купчая поддельная. Как вы считаете, такая версия допустима? – сказала Марго, наблюдая, как следователь роется в ящике своего стола.
– Фонд Симона Визинталя, это вам не хухры-мухры, организация весьма серьёзная, они десять раз всё перепроверили