Я – начальник, ты – дурак (сборник). Сергей Трищенко
то, что вы увидели.
Гиббс встал, и, пошатываясь, вышел из комнаты. В голове его шумело, и он никак не мог понять, где находится. Те объяснения, которые он только что получил от детектива, он принять не мог, а других не было.
А доктор-детектив, проводив Гиббса, встал, прошёлся по комнате, остановился – и на его лице зазмеилась странная улыбка.
Он кровожадно ухмыльнулся и вышел в соседнюю комнату, где, зажатая в тисках, обречённо ждала его четвёртая чашка из кофейного сервиза, которую он пытал, выкручивая ручку, чтобы добиться от неё новых подробностей этой невероятной истории…
Персей
Сам не пойму, чего вдруг мне в голову взбрела такая дикая мысль? Должно быть, повлияла возможность проверять самые невероятные гипотезы с помощью машины времени. Дождались, дорвались…
Но если некоторые маршруты превратились в чисто туристические – например, считалось хорошим тоном съездить узнать, действительно ли Колумб открыл Америку, или же всё ограничилось слухами среди современников, – то я для начала решил пройтись по древним мифам. Разумеется, их проверять труднее, но зато и удовлетворение во много раз больше: никто не верил, а я вот… Наверное, такое же удовлетворение испытывал Шлиман, когда открыл Трою – этот пример на языке у всех, кто хочет пуститься в какое-нибудь рискованное предприятие. И ведь никто не помнит – а многие не знают, – что раскопки он вёл отвратительно, любой начинающий археолог-профессионал надрал бы ему уши за подобный способ ведения раскопок, а вот поди ж ты! – никто об этом и не помнит… Победителя не судят… как это будет по-латыни? Не знаю, я специализируюсь на древнегреческом. Ну а теперь, с изобретением машины времени и вообще развернулся простор для проверки любых, самых идиотских, гипотез.
Причём чем глубже погружаешься в прошлое, тем охотнее дают разрешение: если и обнаружится какой хроноклазм, всё теряется в толщине веков. Замазывается, замыливается. Словом, утихает.
Пытались, правда, на первых порах эксплуатации МВ ввести термин «футурическое загрязнение прошлого», да он не прижился. Контроль обязательный, конечно, ввели, все путешествия на строгом учете, разрешают только с научными целями или под наблюдением опытных хрононавигаторов, сдавших соответствующие экзамены.
Вот и я решил проверить древнегреческие мифы. А что? Чем я хуже? Кандидатскую я по ним пишу.
Первым – уж и не знаю, почему так получилось – я решил проверить миф об Андромеде, которую, как известно, спас Персей. В наше время в моду опять входило всё древнегреческое, так что моё путешествие было ещё и данью моде – отчасти. Но я за модой не следовал, а хотел лишь выяснить, имеет ли данный миф реальную основу под собой или нет. Короче, я заложил в память машины все известные мне (а значит, и современной науке) данные о тех временах, и стал ждать.
Ждать пришлось недолго: едва я освободил рычаг пуска, как перед моими глазами всё потемнело – это я погружался во тьму веков, – а затем мрак рассеялся, и я очутился на живописном морском берегу, освежаемый шумом прибоя.
«Это ж надо! – думал я, выбираясь