Пять недель на воздушном шаре. Жюль Верн
– это, заметьте, меньше скорости наших поездов, – нам будет достаточно и одной недели, чтобы пролететь всю Африку, ведь мы будем двигаться безостановочно, днём и ночью.
– Но в таком случае вы ничего не увидите, не сделаете никаких съёмок, вообще совсем не исследуете страны, – возразил офицер.
– Вам надо иметь в виду, – ответил доктор, – что раз я хозяин моего воздушного шара и по своему желанию поднимаюсь и снижаюсь, то я могу сделать остановку, где мне заблагорассудится, особенно когда мне будут угрожать слишком сильные воздушные течения.
– А вы с ними, несомненно, встретитесь, – вмешался в разговор капитан Пеннет, – ведь, знаете, там бывают ураганы, несущиеся со скоростью более двухсот сорока миль в час.
– Ну, вот видите, при такой скорости можно перелететь всю Африку в каких-нибудь двенадцать часов, – проговорил, улыбаясь, доктор, – проснуться на Занзибаре, а заснуть в Сен-Луи.
– Но разве воздушный шар может быть унесён ветром с такой скоростью? – спросил другой офицер.
– Такие случаи бывали.
– И шар устоял?
– Конечно. Например, во время коронации Наполеона в тысяча восемьсот четвёртом году. Аэронавт Гарнерен выпустил тогда из Парижа в одиннадцать часов вечера воздушный шар с надписью, начертанной золотыми буквами: «Париж, двадцать пятое фримера тринадцатого года. Коронование императора Наполеона его святейшеством Пием Седьмым». На следующее утро, в пять часов, жители Рима видели, как этот самый шар парил над Ватиканом, затем он пронёсся над Римской областью и упал в озеро Браччано. Как видите, воздушный шар в состоянии выдержать подобную скорость.
– Воздушный шар – да, но человек? – отважился спросить Кеннеди.
– Человек тоже может выдержать это по той простой причине, что воздушный шар всегда неподвижен по отношению к окружающей его атмосфере. Ведь движется не самый шар, а вся масса воздуха. Попробуйте зажечь в корзине вашего воздушного шара свечу, и вы увидите, что пламя её не будет даже колебаться. И аэронавт, поднявшийся на воздушном шаре Гарнерена, нисколько не пострадал бы от быстроты этого полёта. Впрочем, я вовсе не намерен испробовать подобную скорость, и если я смогу зацепиться ночью за какое-нибудь дерево или неровность почвы, то, поверьте, не премину это сделать. К тому же мы берём с собой продовольствия на два месяца. А когда мы будем приземляться, ничто не помешает нашему искусному охотнику снабжать нас в изобилии дичью.
– Ну и раздолье же будет для вас, мистер Кеннеди! – воскликнул один юный мичман, с завистью поглядывая на охотника.
– Да плюс к этому ещё слава, – заметил другой офицер.
– Господа, – ответил шотландец, – поверьте, я очень тронут вашими комплиментами… но… знаете ли… не имею права их принять…
– Как? – раздалось со всех сторон. – Разве вы не полетите?
– Нет, не полечу.
– Так вы не будете сопровождать доктора Фергюссона?
– Не только не буду сопровождать