Дневники мотоциклиста. Данни Грек
что? – наконец произнесла она, отставив чайник обратно на кухонную стойку.
– Это моя новая одежда, – немного стесняясь, и в то же время, гордясь самим собой, ответил я. – Так сейчас модно. Посмотрите в окно, там моя новая игрушка.
Отец перевел взгляд от меня к маме и направился к окну. Быстрым движением он раздвинул жалюзи пальцами и бегло стал вглядываться во двор. Мама же так и осталась стоять на своем месте, разглядывая мой новый наряд.
– Мать, ты посмотри, что твой сын называет новой игрушкой, – окликнул он её, тем самым вернув ее к способности говорить. Она медленно подошла к окну, и отец раздвинул жалюзи пониже, чтоб и она смогла посмотреть.
– Где? – быстро оглядывая улицу, спросила она, видимо, от растерянности не замечая то, что стояло перед ее глазами.
– Да вон, под подъездом, черный, – подбородком показал, куда смотреть, отец, и взгляд мамы остановился.
– Это что? – пыталась, было, возмутиться она, но, предвкушая последующий разговор, я тут же перевел их внимание на себя.
– Ну, я помчался, – обрывая всякое продолжение, заявил я, переведя их взгляды обратно в квартиру. – Буду вечером, не скучайте.
– А… как же… обед? – смотря на меня как растерянный ребенок, произнесла мама и хотела что-то добавить, но и тут я опередил ее.
– Потом поем, как вернусь… Всё, пока, – сказал я и, развернувшись, направился к двери.
«Лучше побыстрее исчезнуть, пока не опомнились…» – промелькнуло в моей голове, и уже закрывая дверь, услышал голос отца.
– Аккуратнее! – воскликнул он, словно это слово могло что-то изменить, но единственное, что мне оставалось, это согласиться.
– Хорошо, – ответил я, уже захлопывая дверь, и вряд ли это услышал мой отец.
Иногда, слова, которые мы говорим, улетают в пустоту, и мы убегаем дальше, по спирали своих судеб, без возможности повторить их снова…
Новые друзья
В этих обновках мне было не особо удобно спускать по лестнице, но, проделав этот путь как неваляшка, я решил раз и навсегда, что на такой подвиг я теперь подпишусь лишь тогда, когда все лифтеры страны устроят забастовку. Последний рубеж в виде стальной двери был пройден, и я вновь оказался на улице.
Солнце отражалось в окнах припаркованных машин, а птицы, восседающие на деревьях, пели весенние песни. Детвора играла в песочнице на детской площадке, не обращая никакого внимания на присевших на лавочки мамаш, а их мужья только заканчивали свой трудовой день, чтобы вновь присоединиться к своим семьям. Весь двор, все вокруг меня жило весенней жизнью, и погода дарила свою теплоту каждому присутствующему от мала до велика. Но только в детстве мы рады солнцу, больше, чем с высоты своих прожитых лет.
«Так, главное сейчас все сделать, правильно…» – натягивая шлем и вглядываясь в свой этаж, подумал я, ведь за мной наблюдают из окна, где я отчетливо видел два силуэта.
Я обошел мотоцикл, вставил ключ в зажигание, повернул его и запустил мотор.