Уэллс. Горький ветер. Дмитрий Даль
врача, а заводская страховка не покрывает такой случай. К тому же он боится, что, если начальство узнает о том, что у него кисти невидимые, уволит его без выходного пособия как не имеющего возможности выполнять свои рабочие функции из-за физического дефекта. И он начинает прятать руки, надевает перчатки, во время работы они сильно мешают, и он боится уже потерять руки по-настоящему. В личной жизни тоже не складывается. Девушка, увидев, что у него нет кистей рук, уходит от него. В общем, полная безнадежность. И вот когда он уже смиряется с этим дефектом, у него пропадают руки полностью. Только одежда спасает его от того, чтобы не вылететь с работы. Постепенно он весь растаивает. Полностью невидимый, он кутается в большое количество одежды, чтобы создавать иллюзию видимости. Потому что потерять работу – смерти подобно. Но вот он достигает последней ступеньки отчаянья, он уже не хочет жить. Во время работы он скидывает с себя всю одежду, становится полностью невидимым и продолжает работать. И, о чудо, руководство даже не замечает того, что у них за станком работает невидимка. Он продолжает исправно получать чек с зарплатой, утром с приходом на работу отмечает рабочий талон, вечером отмечает уход. И всех все устраивает. Работа делается, а кто ее делает, всем все равно. Таким образом, Бродяга становится не только невидимым духовно, поскольку его как личность и так никто не замечает, но и невидимым физически. И будет яркий финал, правда какой, я пока не решил.
Мы не стали дожидаться разгневанной толпы деревенских жителей с факелами, вилами и с требованиями сжечь «Стрекозу» вместе с ее богохульными обитателями. Чаплин порывался залить особняк нейтрализатором, чтобы восстановить прежний облик, но Уэллс пообещал, что справится с этим самостоятельно в следующий свой приезд. Разве что почтовый ящик лучше всего сделать видимым.
Представляю я глаза почтальона, когда он увидит ящик на месте. Интересно, поверит ли в его россказни преподобный. Но оставаться и проверять совсем не хотелось. С этих религиозных фанатиков станется сначала поджечь костер, а потом уже разбираться, кто прав, кто виноват.
Мы покинули «Стрекозу» в приподнятом настроении. Чаплин пригласил нас на прием, который должен был состояться на будущий день в одном из высоких собраний. Прием был закрытым мероприятием, строго по приглашениям. Чаплин не очень хотел афишировать свой приезд в Лондон, поскольку он носил краткосрочный характер.
Чаплин одобрил изобретение Уэллса, поторопил с поставкой давно ожидаемой партии продукции и обещал упомянуть в титрах фильма. Гэрберт сдержанно благодарил и просил этого не делать. Я недоумевал от его скромности. Ведь такая рекомендация от самого Чаплина могла позволить Уэллсу заработать.
При въезде в город, первое, что бросилось мне в глаза, – мальчишки-разносчики газет, торгующие экстренным выпуском с броским заголовком:
«Новая жертва Потрошителя»
Глава 6. Знакомство с человеком-невидимкой
Утром лондонские газеты вышли