Мурзук (сборник). Виталий Бианки
ее назад.
Охотник опустил бесполезное ружье: громадный лесной зверь исчез в чаще так же бесследно, как исчезает в темной глубине моря выскользнувшая из рук рыба. Не догонять же его в непроходимой заросли.
Охотник подошел к лежавшим на земле собакам. У одной был проломлен череп. У другой из широко распоротого живота вывалились на траву все внутренности. Обе уже не дышали.
У охотника помутнело в глазах.
Он прислонился к дереву. Отчаяние его охватило.
Глава вторая
Тайна лесного великана
Вот опять, вот опять – уже который раз – зверь уходит у него из-под носа!
Семьдесят верст – поездом и лошадьми – охотник ехал за ним из города. Десять дней уже рыщет по лесу, караулит, выслеживает, скрадывает – и все зря!
До этого случая охота для него была только удовольствием. Охотник он был не настоящий – городской житель, студент. От отца ему достались два ружья – дробовик и винтовка – да старый гончий пес. Из винтовки он стрелял в тире. Стрелял хорошо, брал призы. Из дробовика бил голубей. И только летом, когда случалось выезжать в деревню, стрелял зайцев и раз убил лисицу из-под гончей. При такой охоте требовалось только удачно выбрать место, где стать, да терпеливо ждать, пока пес нагонит на тебя дичь.
Но тут была совсем другая охота – охота по крупному зверю.
Еще в городе он получил предупреждение, что взять лося будет трудно. Лось, который только что на его глазах бесследно исчез в чаще, был не простой зверь. Так, по крайней мере, уверял студента знакомый крестьянин Ларивон.
Кто знает, что было на уме у хитрого мужичка? Может быть, своим рассказом о тайне неуловимого зверя он просто хотел разжечь любопытство городского жителя. Может быть, зазывая неопытного охотника к себе в деревню, он лукаво рассчитал, что и ему, Ларивону, перепадет деньжат за постой, и зверь останется невредим.
– Податься ему некуда, – рассказывал Ларивон. – Потому эдак вот море легло. – Крестьянин корявым ногтем большого пальца провел на письменном столе студента длинную прямую царапину.
Студент знал, что Ларивонова деревня на южном берегу Финского залива.
– А так – деревни с полями прошли сквозной веревочкой через все леса.
Ноготь рассказчика начертил от прямой широкий неровный полукруг.
– Через поля зверь нипочем нейдет. Так и сидит в нашем лесу, как в мешке.
– Почему же его до сих пор не взяли? – удивился студент.
– Хитер, проклятый, – с какой-то даже гордостью объяснил крестьянин, – вот как хитер! Не простой это зверь. Видимость в нем звериная, а ум человечий. Один такой лось и ходит в наших лесах, а то молодняк всё – телята безмозглые. Есть еще мошник у нас. Ну, тоже сказать, колдовская тварь, чисто что оборотень. Да ведь то – птица!
Про птицу-оборотня студент тогда не стал слушать: очень его заинтересовал старый лось.
Ларивон охотно