Маятник Судьбы. Денис Чекалов

Маятник Судьбы - Денис Чекалов


Скачать книгу
брата Иеремии находится в правом крыле, – голос Соверина был настолько сух, что я чуть не посоветовал ему запивать слова. – Мое приглашение, шериф, не распространяется на остальные помещения.

      – О нет, – возразила Френки, ласково кладя руку на плечо Риети. – На все здания тоже.

      Соверина сотрясло от вспышки ярости – или, может, Френки надавила на болевую точку на его плече.

      – Вы все равно ничего не найдете, – произнес Соверин, и Бернс приостановился, по-новому глядя на нас.

      Он понял, что Риети обращается и к нам тоже.

      – Вон там, – продолжал глава общины, поднимаясь по деревянной лестнице.

      – Ты умеешь находить себе врагов, – заметил я, глядя им вслед.

      – Мои тетушки так всегда говорили. Ты хочешь к ним присоединиться?

      – Твои тетушки – святые женщины, раз терпели тебя.

      7

      Келья брата Иеремии – человека, начавшего постигать философию зла, и переставшего быть человеком.

      Соверин Риети останавливается, немного не доходя до узкого, забранного решетками окна. Не знаю, сделал ли он это намеренно. Комната маленькая, и огромный стол, на котором разложены книги, занимает ее почти целиком.

      Тем, кто вошел после Соверина, неудобно и почти некуда стать.

      – Вот здесь он жил, – произносит Соверин, и в голос его звучит непонятно, будто именно мы стали причиной гибели Иеремии Клавенса.

      Шериф Бернс – все здесь называют его шерифом, хотя он лишь его заместитель – перелистывает книги. Это даже не книги, а фолианты – с толстой бумагой, крупными буквами, и почти все написаны от руки. На углу притулилась стопка брошюр, размноженных на копировальном аппарате.

      – Что за человек был брат Иеремия? – спрашивает Бернс.

      Соверин безмолвен и невозмутим.

      – Он был нашим братом.

      – Это не ответ, – возражает Бернс.

      Соверину так не кажется.

      – Здесь нет ни одной фотографии, Френки, – произношу я.

      – Тот, кто входит в нашу общину, отказывается от прошлого, – говорит Соверин. – Мы становимся его семьей. Те, с кем мы расстались, более не заботят нас; те же, с кем мы сейчас, не требуют снимков.

      – Вижу, что мистер Клавенс много читал, – произносит Бернс.

      Видно, что эта черта погибшего не близка помощнику шерифа. Не от того, что Иеремия любил читать – видно, что Бернс человек образованный – но потому, что читал беспорядочно, увлекаясь, начинал одно и, быстро остывая, переходил к другому.

      Лицо Соверина Риети едва заметно морщится. Его коробит, когда братьев называют их мирскими именами.

      – Брат Иеремия перестал быть мистером Клавенсом, когда вошел сюда, – сказал я. – Когда же он вообще перестал быть человеком, Френки.

      – Сильно продвинулись в своих розысках, шериф? – спросила Френки, поднимая ладонь к лицу.

      Сильный ветер набегает откуда-то издалека и приносит с собой кусочки серых, затвердевших листьев. Кажется, сама община Риети притягивает к себе эти кусочки праха.

      – Не скажу, чтобы очень, – шериф


Скачать книгу