Экспресс Токио-Монтана. Ричард Бротиган

Экспресс Токио-Монтана - Ричард Бротиган


Скачать книгу
вечером я возвращался с Ноб-Хилла из гостей. Перед этим мы сидели за столом и чашку за чашкой пили кофе, пока наши нервы не стали как у львов.

      Я ушел от них примерно в полночь и шагал теперь домой по темной и тихой улице, пока вдруг не заметил у пожарного крана брошенную рождественскую елку.

      С ободранными регалиями она лежала тоскливо, будто мертвый солдат после проигранной битвы. А неделю назад была героем.

      Потом я заметил другую рождественскую елку, полупридавленную машиной. Кто-то оставил ее посреди улицы, и машина случайно на нее наехала. Слишком далеко от восхищенного обожания детей. Ветки запутались в бампере.

      В это время года жители Сан-Франциско выкидывают рождественские елки – оставляют их на улицах, пустырях, везде, где только можно от них отделаться. Дорога от Рождества.

      Печальные и заброшенные рождественские елки всерьез засели у меня в голове. Они отдали все, что могли, этому убийственному Рождеству, за это их вышвырнули из домов, и они валяются теперь посреди улиц, словно бомжи.

      Шагая сквозь начало нового года домой, я видел их не один десяток. Иногда люди просто выталкивали рождественские елки за дверь. Друг рассказал, как шел 26 декабря домой и вдруг мимо его уха просвистела елка, а рядом хлопнула дверь. Могло и убить.

      Другие выкидывали рождественские елки тайно и умело. В тот вечер я почти видел, как человек выставляет елку, но не вполне. Эти люди незаметны, как Скарлет Пимпернель. Я почти слышал, как они выбрасывают елку.

      Я свернул за угол – посреди улицы лежала рождественская елка, рядом никого. Есть же умельцы делать благородно все, за что ни возьмутся.

      Вернувшись домой, я снял трубку и позвонил другу – он фотограф и неплохо улавливает странные энергии двадцатого века. Был без малого час ночи. Друга я разбудил, голос его убегал из сонного плена.

      – Кто это? – спросил он.

      – Елки, – ответил я.

      – Что?

      – Рождественские елки.

      – Это ты, Ричард? – спросил он.

      – Ага.

      – А что с ними?

      – Рождество – это мишура, – сказал я. – На улицах сотни рождественских елок, давай их сфотографируем. Выкинутые елки покажут все отчаяние и заброшенность Рождества.

      – Что ж, можно и так, – согласился он. – Начну завтра в обед.

      – Снимай их как погибших солдат, – сказал я. – Не трогай, и не надо, чтобы позировали. Как упали, так и снимай.

      На следующий день весь обеденный перерыв мой друг фотографировал рождественские елки. Он тогда работал в «Мейсиз», оттуда и начал, потом поднялся на Ноб-Хилл, свернул в Чайна-таун, и там тоже снимал рождественские елки.

      1, 2, 3, 4, 5, 9, 11, 14, 21, 28, 37, 52, 66.

      Я позвонил ему вечером:

      – Как идут дела?

      – Прекрасно, – ответил он.

      На следующий день в обеденный перерыв он наснимал еще больше рождественских елок.

      72, 85, 117, 128, 137.

      В этот вечер я позвонил ему опять:

      – Как идут дела?

      – Лучше некуда, – ответил он. – Уже почти сто пятьдесят.

      – Продолжай


Скачать книгу