Заметки о моем поколении. Повесть, пьеса, статьи, стихи. Фрэнсис Скотт Фицджеральд
других странах и весях и, возможно, делает его самым пустопорожним, самым никудышним, самым вредным классом бездельников в мире. Часто неочевидно, что праздность – это привилегия, а не право и что привилегии предполагают ответственность.
Взгляните на мгновение на так называемую английскую аристократию, любимый предмет издевательств американских комиксов. Упомяните ее – и перед провинциальным взором возникнет образ анемичного человека с безвольным подбородком, с венчиком на голове, сдвинутом набок. И образ этот, конечно, столь же жизненен, как и устаревшая британская идея того, что американцы только и делают, что охотятся на бизонов.
Прежде всего, молодой богач-англичанин до сих пор честно пытается идти в политику и руководить государством. Он может быть не создан для этой работы, но он богат, и ему нет нужды брать взятки или подарки в виде акций или наводок, какими из них торговать, – и потому-то Британское государство, безусловно, самое честное в мире. По сравнению с этим недавние события выставляют Американское государство скотным двором, где процветают скандалы и коррупция. Можно ли представить на Британских островах разоблачение, подобное тому, что случилось с нефтяной компанией «Типот Доум», или скандал с наживой на раненых ветеранах.
Ясное дело, в Англии тоже есть свои Джимми, но они там в меньшинстве. Здесь же, по крайней мере из-за войны, среди богачей таких большинство. Чаще всего он появляется среди нуворишей. Семьи, где богатство накоплено давно, обладают традицией ответственности. Их сыновья идут в политику, если это им по карману, или в юристы или занимаются искусством. Для них тщательно выбирают школы – школы, где понимают, что богатого мальчика надо приучить к труду и дисциплине, пока он юн. И их не обеспечивают, как Джимми.
В Принстоне со мной в одном классе учился представитель одного из старейших и богатейших семейств Среднего Запада. На первом курсе он заносил в учетную книгу каждый потраченный доллар. Ценность подобного поведения выносим за скобки, но это показывает, как было важно отцу юноши, чтобы сын приобрел чувство ответственности если не перед страной, то по крайней мере перед богатством, которое он когда-нибудь должен будет контролировать.
Единственное, что обнадеживает в Джимми, – это то, что он не выживет – не выживет как богач. Дно есть даже у самого глубокого кошелька, и хотя Джимми не работает, может пускать пыль в глаза и высасывать деньги, заложив всю свою жизнь, его дети получат мизерные остатки и начнут заново уже в среднем классе.
С моих семи лет, а тому уже двадцать лет, я наблюдал крушение пяти огромных состояний. В Сент-Поле, где я родился, еще можно увидеть с дюжину домов, когда-то населенных одним поколением «аристократов». «Аристократы» уже мертвы, их состояния исчезли, их дети, не обретшие чувства ответственности даже по отношению к отцовским деньгам, сегодня дурной пример в городе, и в лучшем случае они начинают с нуля, вкладывая собственные