Жестокая схватка. Фридрих Незнанский
бы ей вслед и еще выкрикнул что-нибудь обидное на тему «не такая уж ты фифа, чтобы задирать нос».
Но в этот раз все случилось иначе.
Постояв минуту в оцепенении, Виталий Королев – любимец юных швей-мотористок – бросился вслед за незнакомой девушкой.
Обогнав ее, он остановился как вкопанный и с ужасом понял, что не может произнести ни слова.
– Что вам надо? – строго спросила девушка.
Ее голос вывел Виталия из ступора.
– Прости… то есть простите. Я не знаю, как тебя… то есть вас зовут. Я просто хотел извиниться… ну вот за то, что там эта бутылка… вот.
Она молчала, и Виталий окончательно стушевался.
– Хорошо, я вас извиняю, – сказала наконец девушка. – Теперь можно идти?
– А может… мы сможем как-нибудь встретиться? В кино там сходим?
– Я не могу пойти в кино с пьяным, – сказала она.
– А я не буду больше, – пообещал Виталий. – Правда не буду. Можно я тебя провожу?
– Сегодня нет, – покачала головой она. – Меня отец встречать будет. Ты ему не понравишься.
– А когда можно?
Она задумалась:
– Можем встретиться в субботу, у кинотеатра.
– В половине пятого?
Она кивнула.
– Меня вообще-то Виталием зовут.
– А меня Наташей.
Петя и Василий встретили его недоуменными взглядами. Трудно было сказать, что их поразило сильнее – неожиданно сияющий вид друга или тот факт, что из-под куртки он достал только одну бутылку.
– Ты что, весь пузырь в одно рыло выдул? – обиженно спросил Кирьянов. – Не ожидал от тебя, Виталь.
– Да ладно, мужики, пейте. Я не буду.
– Ты чего, опух?
И пока Виталий рассказывал про Наташу, друзья слушали молча. Они перебрасывались многозначительными взглядами, но молчали.
– Ну вот и все, – закончил свой рассказ Виталий.
– Похоже, ты влюбился, – резюмировал Петя. – Это хреново.
– Почему же хреново?
– Потому что от баб одни неприятности. – Петя пожал плечами. – Мне отец всегда так говорил…
Всю оставшуюся неделю Виталий провел в мучительном ожидании. За это время он действительно ни разу не пил. Визиты в женское общежитие тоже прекратились.
Зато неожиданно для всех, и в первую очередь для самого себя, Виталик начал писать стихи. Это было тем более удивительно, что никаких стихов он сроду не читал, кроме тех, что задавали в школе. Впрочем, их он тоже не читал.
А здесь его словно прорвало.
За четыре дня он исписал четыре ученические тетради по восемнадцать листов. После чего купил еще четыре тетради и очень аккуратно переписал набело все свои произведения.
Все стихи были «про одну девчонку… которая встретилась ему абсолютно случайно… и которую он, простой пацан, полюбил всем своим сердцем горячо».
Лучшим друзьям Пете и Васе, которым Виталий Королев прочитал за один вечер все свои творения, стихи понравились. Правда, они сочли, что будет лучше исполнять их под