Дочь врага. Кэти Свит
подходит к победителю, они обмениваются несколькими короткими фразами, но мне по-прежнему видно лишь спины. Медведь уходит, оставляя Грома одного. Тот ликует, поднимает заработанные деньги наверх, разворачивается, демонстрируя всем своё счастье, я вижу его лицо, и земля уходит из-под ног. Тимур. Отец моего ребенка, которому я наврала, что сделала аборт. Мир застывает.
Мужчина впивается в меня взглядом, цепляет и не отпускает ни на миг. Я влипла.
Глава 4. Тимур. Как рождался Гром
Несколько лет назад
– Держи удар. Гром, я кому говорю! – рычит тренер. – Так, стоп, – бьет меня по запястьям и отталкивает от снаряда. – Что с тобой сегодня?
– Задолбался, – смотрю на него разматывая защиту с рук.
– Задолбался он. Ты сам захотел влезть в эти бои. Я в упор не понимаю, зачем?
– У меня ничего не осталось, – пожимаю плечами. – Надо же мне на что-то жить.
– Работу найти не пробовал? – кривится в злой ухмылке Вячеслав Петрович.
– Мне этого мало, да и должен же я хоть куда-то применить столько лет тренировок.
– Тогда ещё раз! – он больше не сюсюкает. – В спарринг. И соберись, иначе ты сдохнешь в первом же раунде.
– Не дождутся, – глотнув воды встаю в стойку.
– Бой! – звучит команда и я забываю обо всем.
Шикарное ощущение. Адреналин растекается по венам и перед тобой лишь одна цель – победить.
Год прошел с тех пор, как я решил кардинально изменить жизнь осознанно отказавшись от помощи отца. Слишком много ошибок было совершено. Слишком много потерь. Этого не загладить очередной дележкой наследства и словами благодарности или прощения. Последнее еще нужно заслужить.
– Тим, где ты летаешь?! – тренер роняет меня на маты, вдавливает в настил всем весом и внимательно изучает потерянный взгляд, который не изменился с момента, как я вернулся сюда. Пока нет. Но это не значит, что я не справлюсь, просто времени нужно больше.
Выдох. Толчок. Разворот и вот уже я торжественно восседаю на человеке, ставшим мне вторым отцом.
– Молодец, – хвалит Вячеслав Петрович. – Но там, – образно показывает пальцев вниз, – Там, Громов, это практически смерть! Слезай, иди в душ, а я пока сделаю звонок. Потом поговорим серьезно.
Кивнув, подчиняюсь. Захожу в душевую с открытыми кабинками. А чего тут стесняться? Все равно одни мужики занимаются. Спортивные шорты и влажную от пота майку стопкой сложил на скамейку у стены. Отрегулировал воду, чтобы расслабить натруженные за несколько часов мышцы.
– Как хорошо, – выдыхаю, жмурясь под теплыми каплями.
Десять минут и я в порядке. Грязные шмотки закинул в рюкзак. Влез в джинсы, футболку, кроссы и вернулся в зал с небольшим полотенцем на шее, чтобы с волос не так сильно затекало за шиворот.
– В общем так, – Вячеслав Петрович смотрит на меня, как когда-то, когда мне было лет десять и я подрался с пацаном на пару классов старше. От отца досталось, а потом еще тренер