Кровь на холсте. Дэн Райт
в нем было разбито, а те, что горели – время от времени погасали или начинали конвульсивно мерцать, точь-в-точь как в фильмах ужасов. Так помимо этого, подворотня перед ней была настолько длинной и мрачной (на всём её протяжении даже не сияло ни одного окна над головой), что казалось – это не переулок, а невообразимо длинный туннель, проходящий где-то глубоко под землёй и не имеющий края…
– К сожалению, да, – на ходу отвечает Кэрол и бросает на подругу взгляд через плечо. – Пойдём… – взмахивает рукой, прежде чем начать растворяться во мраке.
Тогда Эшли, ещё чуть помедлив, пошла потихоньку за ней.
Пытаясь ни во что не вляпаться, она с осторожностью делала каждый новый шаг, но одновременно с этим старалась не отставать от Кэрол, хотя, сказать начистоту, это ей слабо удавалось. И в первую очередь из-за того, что она постоянно отвлекалась на угнетающую, пугающую до чертиков атмосферу вокруг. Внезапно гаснущее освещение; писк крыс, пробегающих по старым гниющим мусорным бакам, что стояли вдоль прохода и чьё зловоние шаг от шага становилось всё сильней. Но что больше всего её напрягало, так это странное эхо: как только они с Кэрол свернули с улицы и пошли по безлюдной подворотне, стук их каблуков обрёл странный отзвук, отчего создавалось впечатление, что за ними кто-то идёт… причём прямо у Эшли за спиной…
– Так а почему мы не могли подъехать сразу к галерее? – спрашивает она, не выдержав неприятных ощущений после того, как в очередной раз обернулась назад.
– Нам нужно кое-что проверить, – как ни в чем не бывало отвечает ей Кэрол, по-прежнему уверенно шагая впереди.
И только сейчас Эшли с удивлением поняла, что Кэрол не разделяет её страхов – вместо этого она продолжала целеустремленно двигаться вперёд, лишь прибавляя шага и совершенно не обращая внимание на происходящее вокруг.
– Проверить? – изумлённо переспрашивает Эшли. – Что именно?
– Скоро узнаешь… – доносится до неё короткий ответ.
Но сразу после этого Эшли вляпывается в грязь ногой:
Плюхх…
– Твою мать, – вырывается из неё. – Почему нельзя всё сразу по-человечески сказать? – спрашивает саму себя, принявшись счищать об асфальт какую-то гадость с туфли.
Правда, в стенах мрачной подворотни её агрессия быстро затухает, уступая место беспокойству и тревоге, поэтому она тут же забывает про испачканную обувь и, не желая отставать, ускоряется, чтобы нагнать подругу.
Однако, едва успев пройти пару тройку шагов, как всё крепчающий смрад помоев и огромные крысы, таращившиеся на неё переливающимися глазами прямо из темноты, в конце концов доводят терпение Эшли до черты. Она снова поднимает глаза на отрывающуюся от неё подругу и уже собирается что-то ей сказать, как вдруг Кэрол резко замирает, словно до её ушей донесся какой-то звук…
– Что там? – шепчет Эшли и тоже замедляет шаг.
Но Кэрол, которой и так мешал, хоть и стихший, стук каблуков Эшли, тут же затыкает её:
– Тихо…
А через