Отсчёт. Престол. Мария Андреевна Голобокова
стали разбредаться кто куда, и отец подошёл ко мне, смерил полным беспокойства взором…
Я не сдержалась – кинулась на него сама, зарывшись носом куда-то в подмышку и глотая беззвучные слёзы. Как бы ни была зла на него до этого, теперь всё казалось абсолютно неважным и бессмысленным. Да и не хотелось забивать голову домыслами о том, что же он забыл здесь, – хоть слишком наивно думать, что всё из-за беспокойства обо мне, но пусть будет так. В противном случае я бы уж точно окончательно свихнулась, после всего случившегося, да ещё с желанием придушить родного отца, который, в общем-то, и не факт, что в чём-то виноват. Вернее, мне теперь важно было разобраться, потому что… потому что вместе с поднятыми демоном воспоминаниями – моими и чужими – закралась страшная мысль, что с мамой в тот день… или ночь… в общем, что с ней что-то тогда случилось, и именно потому она до сих пор так и не нашла меня. А узнать правду можно было только у Грассэ.
– Ну-ну, не переживай, всё уже позади.
– Пожалуйста, – невнятно пробормотала я, не сразу сообразив, что меня могут не услышать. Потом – всё-таки подняла голову и быстро вытерла слёзы. – Пожалуйста, скажи мне, где мама.
– О чём ты? – состроил непонимающую мину он.
– Я видела… я вспомнила, что случилось перед тем, как меня похитили. И я очень боюсь, что…
– Всё хорошо, Рыська.
Лёгкое касание по волосам заставило вздрогнуть, но пережитый на болотах ужас и всплывшее желание очутиться под крылом у папы заставили принять эту ласку. Совсем чужой, казалось бы, человек с именем моего отца – таким я его ощущала с тех самых пор, как узнала от Ярая, кто он на самом деле. Я не принимала это, я отрицала истину, упрямо не желала поверить, всячески избегала. Но то, кем на самом деле был Грассэ Ашэ – купцом из Нитиро или магистром из Коссэ с вычурной приставкой «лисс» перед фамилией, – не отменяло факта, что я его дочь. Не перечёркивало всё моё детство, заботу этого человека и, вне всяких сомнений, желание защитить. Я не была экспериментом, я была отчаянной попыткой сохранить самое дорогое, что у него было – семью. Отцу и его словам о том, что он хочет спасти близких, поверить не могла, но когда-то давно Таши определённо говорил что-то такое. Мол, среди прочих целей у Грассэ точно где-то есть желание защитить родных. И ради этого он будет использовать всех, до кого дотянется.
Может быть, мерзко. Неправильно. Эгоистично. Но уж чему я у Кирино и научилась, так это непреложному правилу: ставить себя во главу угла. И немножко подсмотрела то, как им пользовался Таши – мягко и осторожно, не так явно и не с таким размахом, но всё равно.
– Она ведь… жива? – Голос всё-таки дрогнул, и отец с вымученной улыбкой помог мне вытереть вновь накатившие слёзы.
– Конечно, – улыбнувшись чуть более искренне, произнёс он. – Но она не может быть в Алитте, ты же сама знаешь, там дедушка… Ей куда безопаснее в другом месте. Прости, я не рассказал тебе всего сразу, и ты, разумеется, волновалась и не находила места. И мы поговорим, я обещаю