Менеджер Нагибко, вы робот?. Елизавета Шумская
позже Гагарина, – даже в мыслях я будто рычала, – у нас уже туристы в космос мотались. Правда, не больше сотни, но тем не менее!
– О как всё тяжко. Даже когда меня выпустили, туристы на лайнерах путешествовали между планетами, как к себе на дачу. Нашими планетами, между прочим. Которые мы терраформировали и заселили!
Я снова испытала шок.
– Ох… какой же сейчас год?
В первый раз при нашем общении скрепка смутилась.
– Не знаю. Меня несколько раз обнуляли и давно уже к сети не допускают.
Мы дружно помолчали. О чем думала скрепка, мне неизвестно. Я же размышляла о том, сошла ли я с ума, как предрекала мама, или я робот с раздвоением личности. Лучше бы уж был Наполеон, чем какая-то скрепка.
– А имя-то у тебя есть, искин?
– Имя? У меня есть серийный номер! Абсолютно уникальный!
– Не, серийный номер я не выговорю. Будешь Скрепыш, – почему-то искин казался мне созданием мужского пола, насколько возможно говорить про пол этакой канцелярии.
Скрепыш: Примитивное ты существо.
Он сказал это ворчливо, но мне почему-то показалось, что он доволен. По крайней мере над ним тут же появилась соответствующая подпись.
Я же вновь перевела взгляд на своё отражение. Оно не изменилось: тот же робот с экраном на пол-лица. Что же со мной случилось? На этот вопрос ответа не было, а значит, надо разобраться. А пока затаиться и посмотреть, куда меня занесло. Кто там знает, может, и людей-то давно не осталось. Интересно, а остальные роботы такие же, как я?
Насчет других роботов не знаю, а вот люди нашлись. SEN91-18-5 так и продолжать стоять у ленты, ибо я ему сгоряча отменила все операции. Похоже, это кто-то заметил, и на склад явились два мужика в травянисто-зелёной форме с желтыми логотипами на груди. Хоть и шли они вальяжно, болтали о чем-то своем, а я знатно перетрухнула. А вдруг они поймут, что это я отменила, и что-то со мной сделают?
Мужики приближались, а я так и стояла столбом рядом с SEN91-18-5. А вдруг они меня сейчас пошлют что-то делать, а я не знаю, как? А что если голову открутят? Я же теперь разборная? Или нет? А ну как запросят какие-то данные, а без понятия, где их брать? А что делают с плохо работающим устройством? Сбрасывают до заводских настроек! Что если они меня отформатируют?!!
– Ну и чё ты встал? – обратился первый – худощавый, невысокий, похожий на помойного кота мужик, глядя на робота со всей усталостью мира. – Витя, чё там пишут?
– Отмена, – перед лицом второго, повыше и покрупнее появилось что-то вроде голограммы в виде прямоугольника с шрифтом и картинками, со стороны наблюдателя размытыми и нечитаемыми. Интересно, как он ей управляет?
В этот момент Витя повернулся ко мне, и, если бы у меня было сердце, оно ушло бы в пятки.
– Ты чего ему отменил операцию?
Я молчала. Просто ступор какой-то. Мысли метались в голове как бешеные белки, и отловить хоть одну не получалось.
Спас положение Скрепыш, написав на моем экране так, чтобы техники могли прочитать:
Ошибка
Я