Очи познания: плоть, разум, созерцание. Кен Уилбер
Смысл же в том, что каждый ученый-эмпирик, проводя реальное исследование (то есть собирая данные), выполняет предписания и воспринимает данные (либо напрямую, либо при помощи продолжений органов чувств – направленных на чувственно-сенсорное приборов), а затем коллективно проверяет полученные результаты. Вот каким образом выстраивается сама база данных эмпирико-аналитической науки. И любые совокупности данных, подчиняющиеся всем трем компонентам хорошей науки, условно принимаются как достоверные.
Ключевой же момент, однако, состоит в том, что три компонента содержат в себе способ отвергать данные, являющиеся, насколько об этом возможно судить, ошибочными. Ибо, как стало совершенно очевидно благодаря Карлу Попперу, если нет совершенно никакого способа хотя бы теоретически опровергнуть единицу данных, тогда эта единица данных не может обрести когнитивного (или познавательного) статуса: если нет совершенно никакого способа опровергнуть тезис, тогда нет и способа его доказать. Три принципа верного познания предлагают «механизм потенциального опровержения» данных; этим-то и объясняется их безусловный успех.
Проблема же заключается в следующем: хотя определяющая природа данных (в любой сфере) и состоит в том, что, когда они предъявляют себя сознаванию, то делают это непосредственным, интуитивным и очевидно самообосновывающим образом, тем не менее такое предъявление (компонент постижения) зависит от априорного предписания, или инструмента. И порою наблюдается ситуация, когда инструменты познавания исследователя, будь то научные, личные или духовные, временами дают сбои. Можно привести простой пример: если у меня образуются катаракты, то я могу увидеть две луны – то есть получить ошибочные данные из-за дефекта самого инструмента. Сами данные все еще даются непосредственно, напрямую и опытным образом (и вправду, кажется, что на небе две луны), но тем не менее они ложны. Три компонента процесса познания помогают это исправить. В рамках вышеупомянутого примера я могу обратиться к друзьям с вопросом: «А вы видите две луны?». Мои эмпирические данные и моя сенсибилия оказываются соответствующим образом опровергнуты. Так, в эмпирическом исследовании «плохой» факт (например, полученный в результате плохо проведенного эксперимента) будет опровергнут не только другими фактами, но также и сообществом исследователей. Именно данное потенциальное опровержение и составляет принцип фальсифицируемости, предложенный Поппером.
Поскольку одни и те же три принципа оперируют во всех формах достоверного познавания (эмпирической, рациональной и трансцендентальной), в отношении каждой из них применим единый механизм опровержения (как мы увидим), и именно этот механизм позволяет в любом процессе истинного познавания в любой из сфер избежать деградации до уровня простого догматизма и слепой веры. Другими словами, эмпирико-аналитическое исследование специфически отличает не его «превосходящая все методология» и не его якобы уникальная