Ангелы. Дарина Грот
обернулся я к нему.
Он всегда разговаривал со мной так, всегда пытался сюморить в мой адрес. Я не знаю, какую цель он преследовал, но порой стиль его общения злил меня. Мне казалось, что он знает обо всех моих чувствах и мыслях, и старательно усмехается надо мной, прямо мне в лицо. Может я, конечно, утрирую – я мог только надеяться на это.
– Было был лучше, если бы она вынесла твой бардак из комнаты! – ответил я.
Люцифер замер и посмотрел на мое отражение и вытащил щетку изо рта.
– Ты не похож на нашу мать, так что не к чему проявлять недовольства моим бардаком. У тебя есть своя комната, там и блюди свою чистоту! И вообще, мне нравится эта девушка! Может я влюбился? Может, после злосчастных пар в университете я захочу вернуться домой и увидеть ее, прижаться и все такое? Неужели ты не желаешь мне счастья? Братишка!
Я улыбнулся и выплюнул пасту в раковину. Мы оба знали, что девушка оказалась в доме из-за вчерашнего пьяного состояния брата, и в данный момент ему совсем не хотелось ничего выяснять с ней. Он просто, как обычно, хотел, чтобы она проснулась, оставила ему свой номер телефона на столе и исчезла из его жизни, не успев туда толком влиться.
– Кончено! Будь счастлив! – как копье, метнул я зубную щетку в подставку и вышел из ванны, захлопнув за собой дверь.
Почему-то странный диалог поднял мне настроение, и даже заставил улыбнуться.
Я быстро оделся, постарался сделать это как можно культурнее, и выскочил на улицу.
Солнечные лучи радостно распластались по всему горизонту. Птицы щебетали, несмотря на раннее утро. Осенью совсем не пахло, ветра не было, лазурное небо вызывало мерзкие чувства из-за приторности, но и в то же время приятные.
Я прикурил сигарету и потупил взор, разглядывая ботинки. Первый учебный день и я решил его не удостаивать костюмом, обошелся и без пиджака. Около дома была припаркована старая машина, которая еле дышала, но выглядела как новая. Последний подарок матери.
Я ждал Люцифера и думал о том, что нас должно ожидать в тот день, какие люди, какое окружение. Это все, что я мог делать, думать и представлять, что случится.
– Не спи! – крикнул Люцифер и залез в машину.
Я затушил бычок и прыгнул на первое сиденье.
– А кто сказал, что ты поведешь? – усмехнулся я, пристегиваясь.
– Ты обратно, идет? – спросил Люцифер и завел машину.
– Идет! – согласился я и уставился прямо перед собой.
Люц включил какую-то музыку и выкатился на дорогу. Я отрешено смотрел краем глаза на довольного брата. Он практически пришел в себя, на нем почти не осталось следов вечеринки в баре. В тот момент мы выглядели, как близнецы. Мне было интересно, о чем он думал и думал ли вообще. Глядя на него, казалось, что он полностью беззаботен в жизни, ему на все наплевать. Он мягко плывет по течению общественности, ни с кем не сталкиваясь и не обращая никакого внимания. Люцифер жил в своеобразной форме буддизма – полный пофигизм ко всему, возможно даже к себе. Вот такому качеству я очень завидовал.