Золотая рыбка-бананка. Рассказы. Татьяна Рябинина
так и не было.
Может, у нее завис компьютер, говорил я себе. Или сломался принтер. Или Андреич уже ушел домой, отложив приятный момент моего увольнения на после праздников. Последний рабочий день года был коротким, уже к половине четвертого мои «сокамерники» начали потихоньку разбегаться, но я из какого-то непонятного упрямства досидел до четырех.
Когда я наконец собрался домой, в коридоре было по-нерабочему темно и пустынно, только у дальнего окна маячила чья-то фигура.
– Вадим, – окликнула меня фигура, когда я проходил мимо.
Я узнал голос шефа и приостановился. Оправа его очков поблескивала в свете уличного фонаря, тускло отливал серебром галстук. Андреич стоял, опершись о подоконник, в виноватой позе.
– Вадим, я должен просить у вас прощения. С моей стороны это было… совершенно недопустимо. Я очень виноват перед вами. Простите. Если можете.
Я сглотнул предательский комок. Держать удар легче, чем вот такое.
– Понимаете, у меня большие проблемы, – шеф доверительно дотронулся до моего рукава. – Этот звонок… Совершенно выбил меня из колеи. Я сорвался. Я ведь вызвал вас, чтобы… Чтобы предложить вам должность моего заместителя. Вы же знаете, Кошкин после праздников уходит на пенсию. Я считаю, вы идеально подходите на это место.
Я снова сглотнул. Слова застряли в горле.
– Ну как, мир?
Я кивнул, стараясь не шмыгнуть носом.
– А как насчет моего предложения?
Еще один кивок.
– Ну, вот и отлично. Послушайте, Вадим, я еще вот что вам хочу предложить. Раз уж мы будем работать в тесном контакте, не мешало бы познакомиться получше, как вы полагаете? Если я приглашу вас к себе встречать Новый год, не слишком нарушу ваши планы? У нас все будет скромно, тесным кругом – мы с женой и еще две семейные пары.
Я пробормотал что-то про свою девушку.
– Конечно, приходите с девушкой. И вам не обязательно оставаться до утра. Посидите немного и поедете праздновать дальше вдвоем.
Я пообещал, что попробую уговорить Наташу, и пошел к выходу, чувствуя себя продажной женщиной.
Снег пошел еще после обеда, обещая к вечеру настоящую новогоднюю метель. Машины еле ползли. Настоявшись в пробках, я попал домой только в половине шестого. Предстоящий разговор с Наташей меня не слишком радовал, поскольку ее реакцию на неожиданное предложения шефа я мог угадать на все сто.
Так и вышло. Еще не дослушав до конца, она завелась с пол-оборота. Слово за слово, и мы поссорились. Наташа бросила трубку. Минут через пятнадцать, покурив и остыв, я попробовал перезвонить, но она не отвечала.
Следующие полтора часа я ходил по комнате взад-вперед, разрываясь между желанием плюнуть на все и поехать к Наташе – и желательностью позвонить шефу и сказать, что приеду один. Второй вариант мне не простила бы Наташа. Первый – шеф. С надеждой на новую должность можно было бы распрощаться. А это зарплата почти в два