Сердце Арронтара. Проклятье для оборотней. Ника Соболева
А у меня – рука! А под лапой можно и ногу подразумевать.
– Нет уж, никаких ног. Левую ладонь протяни. Да, вот так.
Гадание – любое – это не магия. Магия – это способность к прорицанию, но её у меня точно не наблюдается. А гадание – нечто вроде околомагической дисциплины, его явно придумали не имеющие волшебной силы люди, дабы, так сказать, приобщиться. Разработали себе какие-то теории, написали книжки, верят в это… Наивно, но любопытно. Я читала несколько учебников по гаданию из библиотеки дартхари. Да, были там и подобные книжные редкости… Конечно, гадалка из меня примерно как из Элфи птичка, но ничего, Грэю и так сойдёт.
– Вот, гляди, тут у тебя линия разума. Ну, что я могу сказать, умом ты не обделён… да его у тебя просто завались. Видишь, какая линия жирная? Много ума, значит. Вот тут – линия судьбы. Чёткая она у тебя. Предопределена судьба твоя с самого детства. Вот только здесь, в одном месте, надлом небольшой. Потрясение какое-то. Но потом всё опять – ровно, гладко…
Он так внимательно слушал, что я даже почувствовала себя самой настоящей великой гадалкой… на одну секундочку.
– Линия сердца…
Я запнулась. Линия сердца у Грэя была странной. Сначала чёткая, затем она обрывалась, и какое-то время в том месте, где она должна была быть, царила пустота. Но потом линия появлялась вновь.
Я не знаю, что произошло в тот момент, когда я держала Грэя за руку и смотрела на его ладонь. Я чувствовала волнение леса, его неспокойное дыхание, его шепот… И почти разбирала слова.
– Без сердца будешь жить, – сказала я тихо, подняв голову. – Тебе покажется – вечность, а на самом деле – миг. Многим больно сделаешь, и себе, и близким. Но всё когда-нибудь заканчивается… закончится и это время. И сердце вернётся… не столь юное и пылкое, но оно вернётся, когда та, которую ненавидишь, принесёт его тебе в окровавленных руках.
Откуда я это взяла? Кто говорил за меня в тот момент? Думаю, что сам Арронтар, чьей магией я была пронизана с самого детства.
Мой голос, мои слёзы… моё сердце.
Мужчина был бледен, как сама Дарида. Мне стало стыдно.
– Грэй…
Он отнял у меня свою руку.
– Я не хотела тебя обидеть, честное слово. Извини, если что…
– Ты не обидела меня, – Грэй слабо улыбнулся. – Просто поразила. Начала шутя, а закончила… Хм. Я, пожалуй, пойду. Мне… нужно подумать.
Он был в шоке, я же – расстроена. Мне совсем не хотелось, чтобы Грэй думал о том, что я сказала.
В жизни больше не буду никому гадать.
Когда Грэй ушёл, я вздохнула и, погладив Элфи по пушистому загривку, решила наконец заняться смороквой.
Легла я очень поздно, устав до такой степени, что заснула ещё на подлёте к кровати.
***
– Это был такой кошмарный день, Дэйн.
– Тс-с-с… Я знаю, знаю…
Он был здесь, как всегда. Возле нашего озера.
И сейчас я сидела на берегу рядом с ним и прижималась к его тёплой груди. Дэйн легко целовал мои волосы и гладил по голове, утешая.
– Я обещала, значит, я должна, понимаешь?
– Понимаю.
– Я хочу, чтобы он стал ара… Чтобы