Молот Люцифера. Джерри Пурнелл
Я – Харви Рэндолл из Эн-би-си.
Миссис Кокс кивнула.
– Вас ждут в особняке. – Она указала на левое ответвление подъездной дороги. – Паркуйтесь осторожно и не задавите котов.
– Что за День хлама? – поинтересовался Харви.
Лицо миссис Кокс, которое уже некоторое время назад приняло недоверчивое выражение, стало каменным.
– Так, чепуха, – ответила она и пошла к дому, где уже скрылся почтальон.
Рэндолл пожал плечами и поехал дальше.
Теперь дорога петляла между изгородей из колючей проволочной сетки. Апельсиновые рощи – справа, пастбища – с другой стороны.
За поворотом был сенаторский особняк – с каменными стенами и шиферной крышей. Разросшееся за счет пристроек массивное здание выглядело не слишком уместным в сельской глуши. Дом обрамляли утесы, из каньона открывался вид на Высокую Сьерру за много миль отсюда.
Внедорожник Харви припарковал возле черного хода. Когда он обогнул особняк, направляясь к парадному крыльцу, дверь на кухню отворилась.
– Эй! – крикнула Морин. – Поберегите ноги, войдите здесь!
– Спасибо.
Девушка показалась ему прелестной, как и в прошлый раз. На ней были брюки песочного оттенка (пошив – так себе) и высокие ботинки – не из тех, что для настоящего похода, но для длительных прогулок годные. «Для турья», – сказал бы Марк Ческу.
Рыжие волосы Морин как будто только что расчесала. Они ниспадали ей на плечи волнами и на концах слегка завивались. В них играло солнце.
– Как доехали? – спросила она.
– Нормально…
– Мне нравится дорога, ведущая сюда из Лос-Анджелеса, – заметила дочь сенатора. – Полагаю, вы сейчас не откажетесь выпить. Что будете?
– Скотч. Благодарю.
– Не за что. – Она провела его через холл в очень современную кухню.
Один из шкафов ломился от спиртного. Морин достала бутылку «Олд Федкал» и принесла лед.
– Мы всегда приезжаем сюда, когда еще холодно, – сказала она. – Тут есть и ферма. Правда, у Коксов нет времени часто наводить в доме порядок… Пожалуй, в комнате нам будет поуютнее.
И она опять пошла вперед, показывая путь в гостиную, смежную с просторной верандой.
«Приятное местечко», – решил Харви.
Панели были из дерева светлых тонов, удобная мебель – в стиле «ранчо», хотя и не особенно подходящая для такого громадного особняка. Стены украшали множество фотографий собак и лошадей. Рэндолл посмотрел на шкафчик, в котором хранились ленты и медали – в основном за скакунов, но имелись и за крупный рогатый скот.
– А где остальные? – спросил Харви.
– Сейчас я одна, – ответила девушка.
Рэндолл затолкал появившуюся мысль в подсознание и принудил себя рассмеяться.
– Отец занят голосованием, – продолжала она. – Вылетит из Вашингтона ночным рейсом. Папа велел все вам показать. Хотите еще выпить?
– Нет, спасибо. Мне хватит.
Он поставил стакан – и тотчас взял в руку, когда увидел, что низкий столик отполирован до блеска. Харви