Для крутых закон не писан. Андрей Бадин
да и не мог – была пробка. Тогда полный выскочил из «Волги» и начал кричать шоферам, чтобы те освободили дорогу, но никто даже ухом не повел. Так продолжалось до тех пор, пока не включился зеленый свет и железная река не сдвинулась с места. Комитетчик на ходу вскочил в машину, и она на большой скорости понеслась к метро, остановилась возле него, парни выскочили и кинулись к дверям. Забежали в холл, осмотрелись и направились к турникетам. Лихо перепрыгнули через них, рванули к эскалаторам, вбежали в вестибюль и остановились в нерешительности. Пути вели в разные стороны, но было еще два выхода на улицу – со станции метро радиальная и с кольцевой. К тому же Николай при желании мог направиться по переходу на вокзал, к пригородным электропоездам.
– Куда? – рявкнул запыхавшийся белобрысый.
– Черт его знает, давай вниз к поездам, а я здесь посмотрю и тебя догоню.
Полный достал небольшой приборчик, вставил в ухо микрофон и начал ловить волну. – Чисто. Он, гад, одежду с маяками оставил в машине, – сказал он после нескольких секунд поиска. – А без пеленга мы его в этой толпе не найдем.
– Упустили, – раздосадованно махнул рукой белобрысый.
– Давай попробуем ногами, – подбодрил его полный и побежал к эскалаторам.
А в это время Николай зашел в вагон и поехал в сторону «Октябрьской».
Напрасно фээсбэшники рыскали по эскалаторам, станциям, платформам и переходам «Курской» – «объект» они потеряли. После десяти минут поисков они вернулись к машине и доложили начальству о случившемся.
В «Олимпийский» Бугров прибыл после часового путешествия по московскому метро. Он несколько раз пересаживался из поезда в поезд, менял направление движения и юлил по переходам. Опасался, что к нему было приставлено не двое, а больше агентов и кого-то он не заметил.
Чтобы окончательно успокоиться, он проделал один интересный и надежный в плане отрыва от слежки финт. На очередной станции Николай вошел в поезд, подождал, пока двери начнут закрываться, и в самый последний момент придержал их руками и выскочил на платформу. После этого быстро перешел на противоположную сторону, сел в другой поезд и был таков.
Капитан в пижонских белых брюках, модной цветастой рубахе и в темных очках вошел в кафе спортивного комплекса за пять минут до назначенного срока и осмотрелся. Как и обещал полковник, возле аппарата за ним никто не следил, но Бугров не был уверен в этом на все сто процентов. Техники могли напичкать таксофоны жучками, и тогда голос Ральфа стал бы достоянием контрразведчиков. А записав голос, можно было найти его владельца.
Убедившись, что никто его не «пасет», Николай подошел к барной стойке и сел на высокий стул возле телефонного аппарата.
Вдруг у стоящего рядом телефона загудел зуммер, и капитан снял трубку:
– Да.
– Кто это? – раздался голос.
– Николай.
– А это Ральф, – пробасил агент.
Коля подумал, что сексот может наблюдать за ним из любой точки большого кафе. В нем было много людей, они сновали туда-сюда,