Время есть. Книга вторая. Александр Мирошниченко
оказалась возле коморки, где в течение дня обитал ответственный за пляжное имущество, Люба повернулась, смерила взглядом помощника, остановившись на плавках парня, и, улыбнувшись, кивнула:
– Пойдём в офис, тебе благодарность положена.
– Просто «спасибо» будет достаточно, – услышал Никита за спиной знакомый голос.
Света подошла ближе и взяла под руку. Никита почувствовал, как к плечу прижалась грудь девушки, и для него перестали существовать Люба в своей вызывающей одежде, все обитатели пляжа, море, небо, песок.
Люба правильно оценила ситуацию и, пожав плечами, сказала:
– Я так понимаю, ты, подруга, время не тратила, когда я вас здесь оставила. Зачёт. И не напрягайся, я только хотела предложить винишка стаканчик. Будете?
– Нет, – уверенно ответила Света, а Никита просто отрицательно помотал головой.
– Ну, как хотите, – закончила разговор Люба и без обычного покачивания бёдрами пошла к себе.
– Меня в армию забирают, – тихо сказал Никита, не поднимая глаз, и только теперь осознал своё будущее на ближайшие два года.
Глава 2
Следующие дни прошли в суете. Даже отец навестил Никиту.
– Мужчина должен служить, – пафосно заявил он, поздоровавшись.
Дальше отец неприятно оправдывался: мол, не может помочь деньгами. Близнецы собираются в школу, а Тамара (его жена) не работает.
– Да ладно, столько лет не помогал, чего уж начинать. Я, батя, совершеннолетний… – начал говорить Никита, но, увидев удивлённый взгляд отца, покачал головой и пояснил: – Меня же в армию забирают. Значит, мне уже восемнадцать. В этом возрасте перестают выплачивать алименты. Тоже намёк на возраст. Хотя ты и так не платил… Но по первому признаку ты мог бы догадаться.
Ответ заставил отца сжаться ещё сильней, хотя он и так старался занимать как можно меньше места в пространстве. И Никите стало жаль родителя.
– Расслабься, – дружелюбно сказал он. – Спасибо, что навестил.
Когда отец ушёл, Никита долго смотрел на дверь и не понимал, как могло получиться, что нормальный мужик вдруг оставил свою семью и превратился в такого… У Никиты даже не было слова, как назвать запуганного, постоянно ощущающего себя виноватым отца.
«Мужичонка», – наконец удалось сформулировать.
Уходя семь лет назад, отец смущённо и растерянно лепетал: мол, любовь. Ничего не может поделать.
«Разве это любовь, если превращает нормального человека в мужичонку?» – который раз задался вопросом Никита, но, уже обладая собственным эмоциональным опытом, решил: – Любовь окрыляет. А если вот так, как у отца, то никакая это не любовь».
И размышлять на эту тему Никита уже давно не хотел. Отболело.
Мама оставила на соседку по рынку свою торговлю и вовсю собирала ребёнка в армию. Она узнавала у знакомых, сыновья которых уже демобилизовались или ещё служили, что может пригодиться на первых порах, и тщательно следовала советам. Никита зашёл на кухню, и у него